Книга Их второй шанс, страница 2 – Кэти Роберт

Она могла стоять здесь и спорить хоть до посинения, пока оба не достигли бы точки кипения, или могла впустить его и разобраться за закрытыми дверями — подальше от любопытных глаз и ушей. Раздражение росло с каждым биением сердца, но он загнал её в угол, и оба прекрасно понимали, что она скорее умрёт, чем устроит сцену прилюдно.

Ноэми отступила назад, каждое её движение было наполнено агрессией.

— Проходи.

Она не стала ждать, когда он войдёт, вместо этого прошла в главную гостиную и налила себе крепкий напиток. Может ещё и не полдень, но если ей придётся иметь дело со своим бывшим менее чем через час после прибытия во дворец, то она заслуживает бренди. Все запасы бренди.

Исаак вошёл в комнату и бегло осмотрелся. Ничего не изменилось с тех пор, как он был здесь в последний раз, прижимая её к… Нет, она не позволит снова встать на эту тропу воспоминаний. Они причиняют слишком много боли.

Ноэми уселась на единственный стул, уступив ему диван. Пусть он вспомнит, что они делали в последний раз, когда он сидел на том самом месте. Не то чтобы это вызвало какую-то реакцию у Исаака. На его лице всегда был отпечаток равнодушия, и сегодняшний момент не стал исключением. Он рухнул на диван, заняв своим массивным телом две трети, и посмотрел прямо на неё. В его голубых глазах ничего не отражалось. Ни нежности, ни желания, ни уж тем более любви. Просто работа, и, чёрт возьми, это причинило ей столько боли, которую она совершенно не заслуживала.

Исаак наклонился вперёд и уперся локтями в бёдра.

— Консорт принял решение обеспечить личную безопасность нескольким ключевым лицам, и ты тоже находишься в этом списке. Поэтому меня назначили твоим телохранителем.

Не нужно спрашивать, какого именно консорта имел в виду Исаак. Только один из Королевской Триады занял пост главы службы безопасности.

Я надеру тебе задницу за это, Гален.

Вот только она не могла этого сделать, потому что рассердиться из-за назначения Исаака её телохранителем означало признать, что они друг для друга больше, чем просто знакомые.

— Назначьте мне кого-нибудь другого.

— Поверь, я пытался. Я так же, как и ты, не горю желанием занимать это положение, но у Галена свой распорядок, и он его не изменит.

Вот она, крошечная трещина в его броне. Если бы Ноэми была выше, то просто проигнорировала бы это и продолжила притворяться, что они всего лишь незнакомцы. Но она не была бесчувственной. Не тогда, когда дело касалось Исаака.

— Хочешь, чтобы я извинилась за сделанный выбор? Изменит ли это что-нибудь?

— Ты же знаешь, что нет, — Исаак отвернулся.

Её взгляд упал на нитевидный шрам на его массивной шее, служивший доказательством того, что он жил в мирах гораздо более тёмных, чем она. По её мнению, смерть слишком часто касалась Исаака, и она могла сосчитать все полученные от неё следы на его огромном теле. Она и пересчитала их, коснувшись каждого шрама ртом, убеждая себя, что он здесь, что он в безопасности, что он её.

Больше нет.

Разочарование кипело внутри неё; ядовитая смесь, которая не принесёт им пользы, если она решится излить её. Ноэми могла бросать вещи и кричать до тех пор, пока у неё не перехватило бы дыхание, а Исаак стоял бы, как гора в шторм, непоколебимый до самого конца. Истерика не изменит прошлого, как не изменит и будущее. Их пути высечены на камне, они вели их по маршрутам, которые больше не пересекались.