Книга Беглая жена генерала драконов, страница 43 – Майарана Мистеру

— Праздник весеннего равноденствия. Помнишь?

— Нет, — соврала я.

Это воспоминание всегда было таким странным, таким пугающим, что я никогда не пыталась собрать все его фрагменты в целую картину. Подсознательно избегала. Отворачивалась. Трусила.

Теперь я понимала почему.

— Пир, — продолжил генерал, игнорируя мою ложь. — Вся знать империи собралась в тронном зале. Все пьют праздничный нектар из королевских виноградников. А ты стоишь рядом с королевским столом.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— Ты — одна из лучших выпускниц академии. Тебе доверили честь наполнять кубки. Почётная должность для адептки с даром к магии крови.

Вспышка.

Звон бокалов. Гул голосов. Запах жареного мяса и сладких цветов. Музыка на заднем плане. У меня в кармане — тяжесть. Маленький стеклянный флакон, холодный и гладкий. Я грела его в ладони весь вечер. Принц Валериан смеётся, откидываясь на спинку трона. Рядом с ним сидит та самая блондинка. Его рука лежит на её колене. Он тянется к пустому кубку.

«Ещё бокал!»

Я подхожу. Мои руки тверды, как сталь. Ни дрожи. Ни сомнения. Я откупориваю флакон ногтем большого пальца, пока другой рукой наклоняю графин. Одно движение. Незаметное. Отработанное. Прозрачная капля падает в сладкий красный напиток. Она растворяется мгновенно, не оставляя следа.

— Ты подлила ему «Слезу виверны».

Голос Валиана стал хриплым. В нём было что-то личное. Что-то больное.

— Яд, убивающий драконов. Редкий. Дорогой. Смертельный для любого, в чьих жилах течёт драконья кровь. Ты знала это. Ты специально его достала. Ты готовилась месяцами.

Воспоминание продолжало разворачиваться, как кошмар, который невозможно остановить.

Я делаю шаг назад. Склоняю голову в почтительном поклоне.

«Ваше Высочество».

Он даже не смотрит на меня. Подносит кубок к губам. Глотает. Ещё раз. Облизывает губы.

«Обожаю этот праздник», — говорит он своей соседке.

Я смотрю. Я жду. Сердце бьётся ровно. Никакого страха. Только предвкушение.

Мне стало плохо. Здесь, в настоящем, в спальне крепости. Рот наполнился кислой слюной. Я зажмурилась, тряхнула головой, пытаясь остановить поток чужих воспоминаний. Но они не слушались. Они рвались наружу, как гной из нарыва.

Вспышка.

Кубок падает со звоном. Нектар заливает белую скатерть багровым пятном, похожим на кровь. Валериан встаёт, опрокидывая стул. Его лицо краснеет, потом синеет, потом становится серым. Он хрипит. Хватается за горло. Пальцы царапают шею, раздирая кожу в кровь. Глаза вылезают из орбит. Он смотрит на меня. В его взгляде — ужас. Непонимание. Мольба.

А я… я чувствую холодное, звенящее торжество. Удовлетворение. Радость.

Он падает. Бьётся в конвульсиях на мраморном полу. Изо рта идёт пена. Ноги дёргаются. Руки скребут по камню. Кто-то кричит. Кто-то зовёт лекаря. Блондинка визжит, отползая от тела.

А я стою и смотрю. И улыбаюсь.

— Хватит!

Я закрыла уши руками, пытаясь заглушить хрип умирающего принца, который звучал только в моей голове так, будто это происходило здесь и сейчас. Я слышала его. Слышала бульканье крови в горле. Слышала скрип ногтей по камню. Слышала последний выдох.

Я всю жизнь людей спасала!

Штопала раны в три часа ночи. Лечила сломанные кости. Отпаивала отравленных. Промывала желудки. Делала непрямой массаж сердца до синяков на собственных ладонях. Держала за руку умирающих стариков, чтобы им не было страшно уходить.