Книга Каменная кровь, страница 109 – Мия Флор

Но это все равно что пытаться остановить надвигающийся оползень…

Николай сначала сносит Макса с ног, затем, поднимает его одной рукой и припечатывает к стене…

— Тарметиус… – злобно выдавливает Николай, прижимая Макса лопатками к каменной стене. – Я предупреждал тебя, не прикасаться к ней…

Неумолимый кулак разбивает губу.

— Остановись! – я пытаюсь зацепиться за руку Николая, которая резко поднимается для следующего удара.

Она кажется железной, механической, но все же поддается.

— Не надо. Пожалуйста. – Я вглядываюсь в лицо Николая, надеясь найти там понимание. – Я пришла сама. Мне нужно было поговорить с Максом.

Николай сужает на мне свои глаза, а на лице Макса появляется ехидная окровавленная улыбка.

— Так ты ревнуешь, майор Аркас?

Кулак Николая дергается, но я накрываю его двумя ладонями, умоляюще смотря на своего наставника. Я чувствую его ярость, и она настолько безудержна, что прорвавшись – ее будет не остановить…

— Боишься, что она отдаст свое сердце мне? – продолжает Макс, хрипло смеясь.

Он только усугубляет и продолжает провоцировать Николая. Зачем?

Не знаю, на кого я сейчас злюсь больше, но вопрос Макса задевает. Я перевожу взгляд на Николая, отчего-то мне хочется услышать ответ.

— Я боюсь, что не пущу тебе достаточно крови, ублюдок! – рычит Николай, грозным взглядом приказывая мне разжать его кулак.

Я нервно выдыхаю, но слушаюсь.

Вряд ли мои ладони его остановят. Наоборот, кажется его это только злит.

— Никогда не будет достаточно, да, Николай? – язвит Макс.

Он превратился в совершенно другого человека. Зачем нарывается на неприятности? Он же знает, насколько Николай жесток, сам мне об этом рассказывал…

— Макс. Хватит. – обращаюсь к нему уже я. – Николай, пожалуйста, отпусти его. Он… Он просто помогает мне. Мы – друзья.

— У тебя здесь нет и не может быть друзей. Запомни. – кидает Николай.

Его взгляд скользит по моему лицу, в нем мелькает что-то непонятное, болезненное. Его глаз дергается от недовольства и злости, когда он вновь обращает свое внимание на Макса.

Я еле дышу, наблюдая за всей этой безумной ситуацией.

— Еще раз повторяю, Тарметиус. Она моя подопечная. Ты не можешь к ней прикасаться. Ты не будешь смотреть в ее сторону, если не хочешь, чтобы я выколол тебе глаза, понял? – голос Николая звучит жестче чем поверхность промерзшего камня.

— Поэтому ты следишь за каждым ее шагом? Контролируешь и относишься как к вещи? Она не принадлежит тебе, Аркас, и она сама решит кто к ней может прикасаться, а кто нет.

Макс вроде говорит правильные вещи, но почему для этого он выбирает самый неподходящий момент? Его слова только накаляют воздух в комнате. Мне даже кажется, что окна задрожали.

— О, ты ошибаешься. – Глаза Николая сверкают чистой ненавистью, но он ослабляет свою хватку, будто выбрасывая изношенную одежду.

Он позволяет Максу сесть на стул, а сам отходит на шаг. Я пользуюсь моментом, чтобы протянуть руку, достать из чемодана Макса бинт и приложить к его подбитой щеке.

Николай смотрит на это с напряженной челюстью.

— Она принадлежит мне. – говорит он с убийственной решимостью, и я чувствую, как мои руки опускаются. – Ее жизнь принадлежит мне. Она будет делать все, что я ей скажу. И я буду делать с ней все, что захочу.

Я нервно сглатываю, парализованная услышанным.