Книга Сломай мой лед, страница 78 – Анна Эйч

— Я съем – бессовестно вру маме.

— От Антона нет никаких новостей? – аккуратно спрашивает она, ставя рядом со мной кружку с чаем.

— А какие от него могут быть новости? Фотография с билетами и подписью: «Смотри, детка, я получил визу и сваливаю из твоей жизни навсегда!»?

— Ты несправедлива – начинает она свою шарманку – Он ведь, как и ты, выбирает карьеру, возможно, вы просто не созданы друг для друга.

— Мама! Не начинай! – вспыхиваю я – Я люблю его, а он – нет, раз даже не допустил мысли остаться ради меня.

— А ты допустила мысль поехать с ним?

— Ты бы этого хотела, да? – мой глаза снова на мокром месте. – Конечно, выдать дочь удачно замуж, да еще и за океан жить отправить, чтобы она нарожала детей и купила тебе дачу. Вот она мечта! Да?

— Нет, – тихо отвечает мама, игнорируя мой выпад – Я просто хочу, чтобы ты была счастливой, по-женски счастливой. И, к сожалению, олимпийская медаль не заменит тебе сердце, как бы ты этого не хотела.

— Я разберусь со своим сердцем, иди на работу! – фыркаю я и вскакиваю из-за стола.

— Съешь кашу! Для тренировки нужны силы, а своим бойкотом ты и двойной не прыгнешь.

Хлопает дверью, а я со все дури сметаю кашу со стола. Не хочу признавать, но кажется, она права. Права, черт возьми, во всем. В том, что мне нужно поесть, а не строить из себя жертву, права, что Антон выбирает свою мечту и я не имею права злиться на него из-за этого.

А еще мне дико страшно, что, возможно, медаль – это не спасение, а мое проклятие, которое в итоге меня уничтожит.

* * *

Сочи, Чемпионат России по фигурному катанию.

Я стою у бортика готовая сделать свой лучший прокат, дальше только Чемпионат Европы и Олимпиада.

— Эля, посмотри на меня – Окликает меня Сенцова.

— Да?

— Ты готова – успокаивающе начинает она – Не рискуй, делай все спокойно, с техникой у тебя все в порядке, если не будешь спешить, но никаких инцидентов не должно быть.

— Конечно, не будет! – я взбудоражена и заряжена на победу на все 1000%.

— Эля, если почувствуешь, что не вывозишь, лучше не делаю тройной, тебе достаточно будет и упрощенной программы.

— Хорошо. – соглашаюсь я, хотя даже не рассматриваю вариант прыгать двойные, только тройные от будущей чемпионки.

— Побереги себя, – она замолкает, но точно хочет добавить что-то еще, но боится сбить мой боевой дух – В общем, вложи всю боль в это выступление! Ты умеешь доносить танцем больше, чем словами.

О том, что Антон заключил контракт с западным клубом не знает только ленивый, и хоть тренер ни разу не показала заинтересованность в моей личной жизни, она прекрасно понимала, почему я последнее время не доедала или катала программу как робот, без единой эмоции. Сенцова, конечно, не делала никаких поблажек, разбитое сердце не освобождает от тренировок. Но сейчас ее слова были как крик души, маленький проблеск ее человечности. Она по-своему советует мне отпустить свою боль, обратить ее в свою пользу.

— Я так и сделаю. – киваю ей и выезжаю на центр арены.

Лед погружается во тьму, а вместе с ним и я. Пустота, вокруг меня нет ни трибун, ни сотни людей, наблюдающих за происходящим, только я и леди, мое сердце против ноющей боли, тело против гравитации. Первые аккорды пианино эхом разлетаются по арене, пробегая по моим венам словно ток.