Книга Сердце на льду, страница 111 – Анна Эйч

— Иди ко мне! – Курт мгновенно оставляет распаковку и раскрывает свои тёплые медвежьи объятия, притягивая меня ближе. – Мне очень жаль, Зефирка…

— Всё в порядке, это было давно, – бубню я ему в толстовку, вдыхая любимый запах свежести и солёного морского бриза, которым пропитана ткань.

— Неважно, когда это случилось. Родители всегда будут занимать особое место в наших сердцах. Я искренне сочувствую, что у тебя было так мало времени с мамой, – он нежно гладит меня по спине, не позволяя отстраниться.

Я буквально тону в этом трогательном моменте. Никто раньше, кроме Элли, не говорил со мной о маме так бережно и деликатно. Тепло и забота Курта неожиданно пробивают мою защитную броню, заставляя пустить неконтролируемую слезу и прижаться ещё крепче. Мне хочется вобрать в себя его силу и уверенность, спрятаться от внешнего мира в коконе его объятий.

Глубоко втягиваю воздух, смешанный с пьянящим мужским ароматом, и снова бормочу в складки толстовки:

— Может уже наконец-то поедим?

Я не вижу его лица, но чувствую вибрацию лёгкого смешка.

— Извини… Просто тема родителей для меня…

— Ты тоже сирота? – удивлённо отстраняюсь от его груди и впиваюсь взглядом в серьёзное лицо Курта.

— Нет. У меня большая семья, и мы все в отличных отношениях. Но я понимаю, что далеко не всем так повезло, и порой задумываюсь: за что такая несправедливость?

— Расскажи мне о них? – Я делаю шаг назад, усаживаюсь за стол и тянусь к коробке с пастой, которая сразу привлекла моё внимание своим аппетитным ароматом чеснока и базилика.

— Что именно ты хочешь знать? – Курт садится напротив и внимательно смотрит на меня поверх стола.

— Хочу узнать побольше о людях, которые воспитали такой бриллиант. Судя по всему, они готовили тебя для принцессы небольшого европейского государства или как минимум для девушки из высшего общества. Врач с большими амбициями… попахивает семейкой с особняком и фамильным гербом на воротах! – я демонстрирую ему хитрую улыбку и накручиваю пасту на вилку.

— Вообще-то я взял тебе овощи с рыбой на пару… – мягко уточняет Курт, наблюдая за тем, как я с энтузиазмом уничтожаю глютеновую бомбу.

— Считай сегодня читмил! – беспечно отвечаю ему с набитым ртом, даже не пытаясь выглядеть сексуально или утончённо при этом.

— Ты невероятная! – он хмыкает и улыбается так очаровательно, что на щеках появляются глубокие ямочки.

Моё сердце совершает кульбит в груди. Я отчаянно пытаюсь сохранять холодный рассудок, запереть девичьи грёзы под замок и трезво оценивать перспективы наших отношений. Но это чертовски сложно сделать, когда напротив сидит красивый мужчина с огромным сердцем и открытой душой, мужчина, который проявляет внимательность в каждом жесте настолько естественно и непринуждённо, что у меня кружится голова и подгибаются колени.

— Итак… семья… – я возвращаюсь на безопасную территорию разговора, чтобы не наброситься на него прямо сейчас, словно ненасытная кошка.

— Семья… – кивает Курт. – Папа хирург, а мама балерина.

Кусок курицы становится мне поперёк горла. Вселенная явно решила посмеяться надо мной! Нельзя было послать парня с родословной попроще? Что дальше? Окажется, что их семейные обеды сопровождаются семью видами столовых приборов и неторопливыми беседами о политике? Или они по выходным играют в гольф на собственном поле за домом?