Онлайн книга «Любовь без срока давности»
|
— Мершикова не нанимала меня! – Застываю на месте и поворачиваюсь. Одноглазый, приникнув к забору, выдыхает: – Это… Раздаётся хлопок, и тело мужчины вздрагивает. Распахнутый на полуслове рот на помертвевшем лице пугает, стекленеющий глаз, казалось, и сейчас пронизывает меня. Отшатываюсь и натыкаюсь спиной на каменное тело, оборачиваюсь. Миша смотрит настороженно: — С вами всё в порядке? Не ранены? — Нет, – мотаю головой и, наблюдая, как тело одноглазого заваливается на бок, всхлипываю: – Зачем вы стреляли? — Вы кричали. – Громила обнимает меня, осторожно поворачивает. – Просили о помощи. Он же напал на вас. Ведёт меня к машине, помогает сесть и заботливо пристёгивает. — Я защищу. Не бойтесь. Рогов прислал меня на помощь. Этот парень сбежал из тюрьмы. Его соседи говорили, что он поклялся отомстить вам. — Но, – растерянно оборачиваюсь на забор, где за дырой, невидимое в кустах, лежит мёртвое тело. – Кажется, он что-то хотел мне сказать. О Мершиковой… — Он лишь хотел, чтобы вы остановились, – жёстко говорит оперативник. Выруливая с обочины, он рычит: – И мог вас убить! Зачем вы встали? — Я… – бормочу и замолкаю. Мне нечего сказать, я сама не понимаю, почему перестала убегать. Тело колотит от адреналина, в голове будто вата. А Миша несётся так, словно за нами гонятся все наркоторговцы мира. Так, значит, Рогов послал своего сотрудника, чтобы защитить меня от убийцы? А Светлана была лишь морковкой, чтобы выманить меня из больницы? Но… почему тогда он увёз меня? Ведь преступник убит. Нужно было вызвать полицию, оцепить территорию… Осторожно смотрю на оперативника, а по шее ползёт лёд страха. Стараясь, чтобы голос мой не дрожал, прошу: — Остановите, пожалуйста. Меня тошнит. — У меня приказ, – сухо отвечает Миша и кивает на сумочку: – Можно туда. Вжимаюсь в сидение. Дыхание перехватывает, в животе сворачивается тугой колючий ком страха. Не за себя, за моего малыша. А ведь правда, о том, что происходит в деле Мершикова, я знаю исключительно со слов Рогова. Документов не видела, со свидетелями не общалась. Я же только судья, и мои привычные дела – это разводы, долги и разделение имущества, а не уголовные. Единственные доказательства, которые я видела, да и то мельком, были в той синей папке, которую я передала оперативнику. Документы, которые должны были защитить меня от кого-то… К горлу подкатывает ком, по спине скользят капли холодного пота. Папка, которая должна была защитить меня от того, кто стоит за депутатом! Некто неуязвимый, чтобы нагло и безнаказанно торговать наркотиками. Достаточно могущественный, чтобы прикрыть одно упоминание о них, когда на заводе по производству хлора случилось чрезвычайное происшествие. Тот, кому я безоговорочно доверяла, потому что он не брал взяток и не опасался увольнения. И только сейчас приходит понимание, почему Рогов никого не боялся и не нуждался в деньгах. И от осознания чудовищной правды темнеет перед глазами. Так вот за кем охотилось подразделение, в котором служил Ваня! Неудивительно, что Рогов бегает, как здоровый лось, хоть и получил пулю в бок! Не было никакой пули. То, что я видела, лишь специально разыгранный для меня спектакль. Или не для меня, а для кого-то другого? Для того, кто охотится на Рогова, ведь оперативник «спас» меня тогда. Но какую же роль играет Светлана? Я не понимаю… Она точно звонила доктору и изображала боль в животе. Или не изображала? А доктору доверяла. Нет, я видела её смеющейся в том доме… Смеющейся ли? Иногда на слух трудно различить, смеётся человек или рыдает. |