Книга Батя одного хулигана, страница 88 – Алёна Амурская

— Он меня не лапал, - отчеканила я, хотя щеки горели от такой откровенной несправедливости. - Константин Сергеевич просто показал, как снять спазм в мышцах. И делал это абсолютно корректно и по-дружески.

— Спазм в плечах? - Гаранин зло усмехнулся. - Для этого у нас есть медицинский кабинет. А ваше поведение подает дурной пример ученикам.

— Вы придираетесь на ровном месте, - я сжала кулаки в карманах пальто, чувствуя, как обида смешивается с горьким пониманием истинных мотивов его поведения. - Утром на планерке вы требуете от меня идеальной субординации, а сейчас устраиваете выволочку просто за то, что я посмеялась? Определитесь уже с правилами вашей игры, Евгений Александрович. Это непрофессионально.

— Просто соблюдайте дистанцию с ним! - процедил он, наклоняясь ко мне так близко, что я уловила запах его парфюма.

— Я вас услышала. Дистанция будет соблюдена безукоризненно, господин директор, - холодно огрызнулась я, отступая на шаг. - А теперь извините, мое дежурство на улице окончено. Мне пора вести детей на урок.

Развернувшись, я хлопнула в ладоши, привлекая внимание своих первоклашек, и организованно повела их в сторону здания школы.

Но как только мы оказались внутри, меня накрыло.

Рациональность рациональностью, а адреналин бил по нервам, и руки мелко тряслись. Я быстро завела детей в класс, раздала альбомы и велела рисовать на свободную тему, а сама выскользнула обратно в коридор. Мне жизненно необходимо было умыться ледяной водой и выдохнуть, иначе я бы просто не смогла вести урок.

Ноги сами понесли меня в дальнее тихое крыло, где располагалась старая лаборантская. Я прекрасно знала, что камера там сгорела еще во время прошлого потопа, и никто ее так и не починил. Идеальная слепая зона, чтобы просто снять маску невозмутимости и прижать холодные ладони к пылающему лицу.

Я толкнула старую скрипучую дверь, шагнула в полумрак помещения, пропахшего мелом и старой мебелью, и потянулась к выключателю. И тут сзади раздались тяжелые стремительные шаги.

Кто-то вошел следом за мной, и дверь с глухим стуком захлопнулась, отсекая нас от света коридора. Я резко обернулась и инстинктивно вжалась спиной в высокий металлический стеллаж с пробирками.

Гаранин сам на себя не был похож и сейчас напоминал скорее разъяренного мужика, доведенного до предела, чем на сурового директора.

— Куда ты вечно от меня сбегаешь?! - прохрипел он, сокращая расстояние между нами в один шаг.

— Не подходите ко мне! - я сердито выставила перед собой руки. - Вы же сами требовали субординации полчаса назад! Так соблюдайте ее!

— Хватит делать из меня идиота!

Он шагнул вплотную и с грохотом вцепился в металлические полки стеллажа по обе стороны от моей головы. Я оказалась заперта в клетке из его рук и тяжелого дыхания. Запах кофе, кедра и мужской злости заполнил мои легкие волнующим жаром.

— Вы сами делаете из себя идиота! - я вскинула подборожок, глядя прямо в его горящие глаза, и меня прорвало. - Утром вы смотрите на меня так, будто я пустое место, отчитываете при всех, как девчонку! А потом устраиваете мне сцены ревности на стадионе из-за физрука?!

— Я не ревновал, а контролировал дисциплину! - процедил он, но в его голосе уже не чувствовалось прежней уверенности.

— Врите кому угодно, Евгений Александрович, но только не мне! - я ткнула пальцем ему в грудь. - Если мы играем в идеальных коллег - отлично! Ведите себя как директор! Но ревновать к Косте вам не по статусу! Вы сами выстроили эту стену утром!