Книга Батя одного хулигана, страница 101 – Алёна Амурская

Глава 32. Полезный Феликс

В субботу утром я проснулась от странного звука.

Сначала спросонья ничего не поняла, потому что в квартире вроде было тихо, если не считать Сашкиного сопения за стенкой и обычного шума дождя за окном… но что-то было точно не так. И только когда я прислушалась, до меня дошло, что на кухне кто-то гремит посудой, и гремит очень аккуратно, будто опасаясь нас разбудить.

Натянув халат, я на цыпочках пошла на шум и с удивлением остановилась на пороге кухни.

Возле раковины стоял Феликс в моей старой футболке, которая болталась на нём как парус, и сосредоточенно тёр губкой сковородку, которую я вчера вечером замочила, потому что у меня не было сил скрести пригоревшую яичницу. Рядом на столе уже дымились свежезаваренным чаем целых три кружки.

— Феликс? - спросила я хриплым спросонья голосом. - Ты сколько уже не спишь?

Мальчишка вздрогнул и обернулся с выражением такой растерянности и робкой вины, словно я застала его за кражей ценного фарфора, а не за мытьём посуды.

— Я рано проснулся, - буркнул он, отводя глаза. - Не спится просто. Вы не беспокойтесь, я тихо. Просто хотел помочь.

— Помочь?

Я посмотрела на сковородку. Такой идеально чистой и блестящей я ее не видела с момента самой покупки покупки, честное слово. Рядом на сушилке уже стояли три не менее чистенькие тарелки, две кружки и моя любимая ложка с погнутым черенком.

— Ты всё это помыл? - уточнила я, хотя ответ был очевиден.

— Ага, - чуть успокоившись при виде моего восхищенного лица, Феликс небрежно пожал плечами и взялся за чайник. - Чайник тоже вскипятил. Вы пьёте с мятой, я нашёл. И для Сашки я пакетик фруктовый положил, она вчера такой пила.

Я прислонилась плечом к косяку, внезапно ощутив себя неловко лишней на собственной кухне. Этот мальчишка, который ещё неделю назад боялся смотреть мне в глаза, сейчас уверенно ориентировался в моих шкафчиках и знал, где лежат пакетики с мятой. Да еще и умудрился ничего не разбить в полутёмной кухне в семь утра субботы.

— Ты сам хоть спал-то? - спросила я, подходя ближе.

— Ага, - повторил Феликс, но прозвучало это неубедительно.

Я забрала у него из рук чайник и поставила на стол.

— Садись. Завтракать будем.

Мальчишка послушно опустился на стул, но взгляд у него был такой, будто он всё равно ждал подвоха. Я сделала вид, что ничего не замечаю, и открыла холодильник, хотя в голове уже крутилась тихая догадка.

Феликс пытался быть полезным...

Как будто от количества вымытых тарелок зависело, останется он здесь или его вежливо попросят на выход.

К тому времени, когда я приготовила утреннюю кашу, проснулась и моя дочка. Отчаянно зевая, она устроилась рядом с Феликсом и нахохлилась над тарелкой, словно сонный воробышек. В отличие от нее, Феликс ел удивительно аккуратно и беззвучно, и я заметила, как он косится на Сашку, которая всё ещё возила ложкой по тарелке, потому что не выспалась и капризничала.

— Саша, ешь, - сказала я привычно строгим тоном.

— Не хочу.

— Надо.

— А почему он не доел? - кивнула дочка на Феликса.

— Потому что он уже наелся, - ответил Феликс, и я услышала в его голосе что-то странное.

Каша и впрямь была съедена почти дочиста, только по краям осталось несколько ложек. Но у меня возникло стойкое впечатление, что оставил он их специально. Как будто всё ещё боялся, что еды на всех не хватит, и решил сэкономить для нас.