Книга Дом на краю, страница 51 – Женя Онегина

Но вместо ответа, Ада аккуратно обхватывает предложенную дольку губами. Взгляд Иммо темнеет. А она забирает стакан из его рук и делает глоток. Ещё один. Виски приятным жаром растекается по телу.

Марк что-то рассказывает, кажется, про их планы на летние каникулы. Она слушает в пол уха, наблюдая, как ладонь Иммо ложиться на ее колено. Марк замолкает.

— Ты давно в городе? – спрашивает Ада, чтобы хоть как-то заполнить воцарившуюся тишину.

Иммо ухмыляется, потому что видит ее насквозь.

Все ее жалкие попытки не поддаваться.

— Мы зашли в порт сегодня.

— Надолго? – почему-то становится трудно дышать.

— Вероятно, на пару дней. – Иммо пожимает плечами.

— А потом?

— Снова в море, – его хриплый голос отдается мурашками на спине.

Часы бьют одиннадцать.

Марк интересуется:

— Курить здесь все еще нельзя?

— Нельзя, – соглашается Ада, – но на балконе можно.

И они дружно идут на балкон. В одних шерстяных носках и тонкой футболке на улице холодно. И Ада снова начинает дрожать. Иммо, тяжело вздохнув, снимает свитер и протягивает девушке. Опускается на единственный стул и усаживая Аду себе на колени. Марк неторопливо прикуривает, кидая на них насмешливый взгляд, и делает затяжку. Ада тянет руку к сигарете. Лучший друг выпускает колечко дыма и совершенно трезвым голосом говорит:

— Нет.

Иммо крепко прижимает Аду к себе и тоже закуривает. Кажется, что уже совсем не холодно. У Марка в руках откуда-то появляется вторая бутылка виски. Они пьют из горла, и Ада хихикает над очередным рассказом Марка о трудностях перевода в общении со студентами. И никак не может понять, почему он вдруг замолкает, когда рука Иммо забирается под теплый свитер. Теперь Марк смотрит на залив. А Иммо мягко касается ее рта своими губами. И в свитере становится жарко.

Бутылка со звоном падает на выложенный плиткой пол. От этого звука Ада приходит в себя, разрывая поцелуй. Иммо не возражает. Мягко проводит по спине рукой, предлагая подняться. А потом и вовсе уходит в комнату.

— Ты уверена? – спрашивает Марк, когда они остаются одни.

— А о чем ты думал, приглашая его к нам?

Вместо ответа лучший друг достает новую сигарету и предлагает Аде. Они курят и смотрят в сгустившуюся над заливом темноту. Там у линии горизонта горят сигнальные огни судов, вставших на рейд недалеко от берега. У кромки воды большая компания с детьми запускает фейерверки. И разноцветные огни разрывают чёрное небо на части.

— Ади, вам нужно самим со всем разобраться. Он сходит с ума по тебе.

— А я схожу с ума рядом с ним.

На часах без пятнадцати двенадцать.

Хозяйственный Иммо приносит из кухни свежие закуски и расставляет их на столе.

— Марк, мы должны быть бесконечно благодарны Иммо, – замечает Ада.

— За то, что в этом доме есть еда? – Марк достает чистые бокалы и бутылку брюта. – Мы благодарны. И не только за это.

— За то, что мы еще не спим в обнимку на этом самом диване, доев последнюю упаковку чипсов, – отвечает Ада.

— Ну чем-то новогодняя ночь должна отличаться от всех остальных. – Внезапно друг оказывается рядом и подхватывает Аду на руки.

Они кружат по комнате, сшибая углы, пока не падают на диван. И Ада хохочет, обнимая Марка за шею, а потом прижимается щекой к щеке.

Наблюдая за ними, Иммо зажигает высокие медово-желтые свечи, расставленные на столе, и густой цветочный аромат заполняет комнату. Девушка снимает колючий свитер и забирается с ногами на диван. Марк устраивается рядом, кладет голову ей на колени. И Ада пропускает непослушные темные пряди сквозь пальцы. Марк урчит как сытый кот. Иммо стоит у окна и с улыбкой смотрит на них.