Книга Тьма. Том 6, страница 18 – Лео Сухов

Этот сраный человекопаук успел выстрелить дважды. Но оба раза неприцельно. Первый раз, едва заметив мой полёт краем глаза. А второй раз, неудобно вывернув руку с пистолетом: лишь бы дуло смотрело в мою сторону.

И ведь повезло поганцу… Ну почти.

Вторая пуля, сбив два щита, больно чиркнула мне по ноге. Зато я успел схватить запястье убийцы, уводя его ствол вниз. А второй рукой — вонзить ему осколок стакана во внутреннюю часть бедра. Правого, к сожалению… Но и этого хватило, чтобы подрезать врагу мышцы.

А потом гравитация взяла своё…

Начиная падать, я выпустил из правой руки осколок, застрявший в ноге убийцы. Вместо этого, как утопающий, вцепился ему в штанину, а левой — продолжал держаться за его руку с пистолетом.

И убийцу серьёзно так пошатнуло. Вместе со мной, естественно. Между делом, в голове проскочила умная мысль: если сейчас шлёпнемся — это верная смерть.

Вспомнился вид из моей комнаты. Узкая служебная тропинка у стены, аккуратные кипарисы напротив окон… Они были где-то там, внизу, в темноте — на уровне второго этажа. Похоже, им не давали вырасти слишком высоко. А от стены до них было всего около пары метров.

В общем, шансы были.

Вот только вниз лететь до кипарисов ещё целый этаж! А это, на секундочку, больше трёх метров. Уж очень высокие потолки в Скифском дворце…

И, что самое неприятное, я эти кипарисы сейчас даже не видел. Наводился по памяти, готовясь прыгать в темноту. Да ещё и тянул за собой убийцу с занесённым для удара ножом.

В общем, шансов выжить у меня было примерно… Да не было у меня шансов! Надо обладать фантастическим везением, чтобы вырулить из создавшейся ситуации. Даже если попаду на кипарис, без переломов всего Фёдора не обойдётся.

А если сверху шлёпнется мерзавец с ножом — меня ещё и приплющит.

Однако деваться было некуда: мы уже падали. Убийца с обвесом в моём лице всё-таки не удержал равновесия. Соскальзывая с узкого карниза, он молча таращил глаза и хватал пальцами воздух.

Оставалось лишь поправить его траекторию…

Я изо всех сил пнул убийцу от себя, одновременно отталкиваясь от стены. И, наконец-то расцепив эту порочную связку, полетел в сторону кипарисов.

В этот же миг ночную тишину прорезал протяжный вой тревоги.

На кипарисы я так и не попал: промахнулся где-то метра на полтора. То ли память подвела, то ли неверно просчитал прыжок…

И теперь в позе белки-летяги нёсся к земле. Даже не успевая извернуться, чтобы отделаться сломанными ногами…

Увидеть я это смог, лишь потому что пока падал — по всей территории дворца вспыхнуло освещение. Иначе так бы и превратился в лепёшку, не успев ничего разглядеть. А так хотя бы успел подумать, что мне конец, и даже испугался.

А потом на моём пути возникло жерло тёмного вихря, в которое я и влетел…

Чтобы в следующую секунду вылететь в полуметре от газона. Причём каким-то чудом параллельно земле.

Не скажу, что приземление вышло очень мягким… Но в ином-то случае я бы просто расшибся, так что грех было жаловаться.

И всё-таки тормозить о закованные в тяжёлую броню ноги царского ратника — то ещё удовольствие…

— Живой? — уточнил ратник, чуть наклонившись, чтобы посмотреть на меня.

— О-о-о-о… — сообщил я в ответ.

— Значит, живой… Лекаря! — гаркнул ратник, выпрямляясь.

Со стороны пляжа донеслась частая стрельба.