Книга Тьма. Том 5, страница 43 – Лео Сухов

— Скажу прямо: мы только начинаем, — не стал юлить я. — Денег на охрану у нас нет, а требования у государства к производству есть. Я мог бы снять землю в городском владении, да только другие частники того же рынка, если захотят — а они захотят — могут на моей земле сделать всё, что душе заблагорассудится. Чтобы навредить нам сейчас, хватит и одного кабана с литром топлива. А вот на ваши земли они сунуться побоятся. Ну а если сумеете организовать на ночь охрану, я вам ещё и сверху приплачу.

Староста задумался. Видно было, что осторожность борется в нём с жадностью. Деревенские от лишних денег обычно не отказываются. А сдача участка земли почти в квадратный километр — это, как ни крути, хороший доход.

— Значит, говорите, могут лихие людишки прийти, ваше благородие? — начал торг староста.

— Один-два человека, — я улыбнулся. — И без оружия. Исключительно, чтобы мне жизнь подгадить.

— Так оно ведь как… Когда рынки-то делят, бывает, и с оружием играются!.. — прищурился Игнат Артёмович.

— Когда рынок делить начнут, я производство уже перенесу. А пока мы начинаем, никто нас всерьёз воспринимать не будет! — объяснил свою позицию я.

— И всё равно пришлют людей? — решил поймать на несоответствии староста.

— А чего бы и не прислать, если охраны нет? — пожал плечами я. — Двух «кабанов» нанять — деньги невеликие. Если получится, соперника на взлёте подрежут. А если нет, соперник, может, ещё и сам куда-нибудь пропадёт со временем.

— Вот с охраной тяжело будет… — задумчиво огладил бороду Игнат Артёмович. — Чужому помогать у нас не станут.

— Поэтому я и не хочу землю на себя записывать, — кивнул я.

— На этого охламона, да? — староста кивнул на Кислого и задумался. — Пацан, конечно, нам не чужой… Ему помочь не откажутся. Но если выйдет что плохое, ему же и его семье припомнят.

— За первые месяцы плохого ничего выйти не должно! — успокоил их обоих я. — А как только деньги позволят, будем новое место искать. Я не собираюсь Кислому и его семье жизнь портить. Да и вашей деревне вредить тоже.

— И что, Андрюшка таперича с вами, ваше благородие, работать будет? — задумавшись, снова глянул на моего приятеля староста.

— Дядь Игнат, а вы чо, помните, как меня зовут? — удивился Кислый.

— Я всех вас, дурных охламонов, помню! — отрезал тот. — Ежели вас по именам не помнить, потом с городовыми позору не оберёшься…

Кислый стыдливо сник, видимо, припомнив прецеденты. А староста подумал ещё немного… И как выкатил такую стоимость аренды, что у меня глаза на лоб полезли.

Глаза я на место вернул, кипятку в чашку плеснул…

В отличие от своего внутреннего Андрея, торговаться я не любил. Однако умел. В итоге, спустя полсамовара и несчётное количество чашек чая мы с Игнатом Артёмовичем договорились.

Землю он сдал мне за сто двадцать рублей в месяц. Ещё тридцать рублей я доплачивал за услуги охраны: староста обещал, что три человека с собаками и ружьями будут еженощно обходить участок.

С земскими властями он тоже обещал договориться. А мне предстояло через стряпчего составить все необходимые документы для аренды. Пьер, конечно, с меня ещё рублей пятьдесят сострижёт… Однако я решил, что здесь жадничать не стоит. Лучше Пьер, чем незнакомые крючкотворы.

Правда, староста взял на все дела полторы недели, что меня не слишком устраивало. Я-то думал к этому времени уже начать. Но, как объяснил старик, быстрее документы провести не получится: чиновники в сельской местности не особо расторопные.