Онлайн книга «Тьма. Том 4»
|
— И что, серьёзное собрание для важных дядь и тёть? — уточнил я. — Серьёзней не бывает… — погрустнев лицом, кивнула проректор. — Более того, есть целый свод правил, принятых при его посещении. И начинается всё с приглашения. Если подписано самим Дашковым, то отказ не принимается. Выходит, ты зачем-то понадобился князю, и он тебя лично выделил. — Значит, это приглашение на какой-то разговор… — понятливо кивнул я. — И что-то мне подсказывает, что разговор необязательно тебе понравится… — с этими словами Малая открыла один из ящиков стола и вытащила на свет тонкую папочку. — Это сведения про твой род… Пришлось обратиться за помощью к ректору. Почитай на досуге… — А если кратко? — напрягся я. — А если кратко, то с родом у тебя задница, Федя! — сухо ответила Малая. — И вот это, прости уж, задница — так задница. Я изобразил на лице деятельный интерес, и Мария Михайловна сдалась, тут же изложив краткую суть проблемы. Однако сначала предупредила: — Запомни, то, что прислал Дмитрий Всеволодович — закрытые сведения. Никому об этом ни единого слова, понял? — Понял-принял-запомнил! — кивнул я. — Вот и хорошо… В общем, Федя, твой род в опале у царя! — наконец, выжала из себя Малая, плюхнувшись в кресло. — И нагрешили Седовы перед ним так, что все упоминания о них подчищены. Если где и остались крупицы сведений, то крайне скудные. Хотя сам род-то был большой и известный… Ваше имение сначала было в Покровске-на-Карамысе, а затем твои предки в 19 веке перебрались в Ишим. На юге, в пригороде Ишима, и находилась их усадьба. А вот потом… Пока Мария Михайловна говорила, я открыл папочку и бегло пролистал документы. Вырезки из газет, копии распоряжений, выписка из Боярской Книги с перечислением всех родов… Надо сказать, ректор Васильков имел немалый вес в Русском царстве. Во всяком случае, про меня и мой род он нарыл куда больше, чем в моей ситуации можно было рассчитывать. — … А вот потом, в девяностые, твой род погрызся ещё с тремя боярскими родами. И в ходе столкновения пострадали многие обычные. А из взрослых двусердых выжил только брат твоего деда. Царь пришёл в ярость. Последнего двусердого в твоём роду казнили через неделю. Следом, по указу царя, Седовы лишились титула, а всё их имущество сказнили. Слова «конфисковали» в этом мире не было. Точнее, оно было, но лишь прямой калькой из латыни. Я когда это понял, ещё долго не мог отделаться от мыслей о том, что обычные люди могут что-то спереть или стырить, а государство — сказнит. Дурацкое, в общем, слово-то, неправильное… — Дашков с царём из-за вас крупно поссорились… Однако подробностей даже Рюриковичи не знают, — продолжила Малая. — Видимо, сиятельному князю ваш род был зачем-то очень нужен, раз он не побоялся с царём разругаться. Ну и… Сдаётся мне, что и ты князю можешь пригодиться, как наследник Седовых. — Ну… Думаю, это не самое страшное, что могло бы случиться! — подняв бровь, заметил я. — Зря так думаешь… — нахмурилась Малая. — Игры между царём и сиятельным князем — это игры опасные. И в них много участников, которые не прочь смахнуть с доски чужие фигуры. А ты пока что именно фигура, Федя, и ещё долго, к сожалению, ею будешь… Пробежавшись взглядом по бумагам, я несколько секунд помолчал. А потом всё-таки ответил: |