Книга Тьма. Том 4, страница 120 – Лео Сухов

— Зачем? — удивилась она, захлопав ресницами.

— А ты представь себе ноготь под гжель или хохлому… Или вообще, картину на ногте с какой-нибудь местностью. Как там их, бишь, называют?..

У Андрея это называлось пейзажем, а здесь я названия не знал. Если честно, местное искусство как-то не попадало в фокус моих интересов…

— Видовая картина, Федь. Но… Это сложно! Ноготь-то маленький! — задумчиво сморщила лоб сестра.

— Ну раскрашивают же всякие свистульки, маленькие фигурки, тонкие браслетики… Значит, можно как-то набить руку. А за такую красоту и денег можно больше брать. Нарисовал десять малюсеньких картинок — получай с одной заказчицы, скажем, не рубль, а пять.

— Я посоветуюсь с подружками, — кивнула София.

— С мамой насчёт дома, кстати, ещё не говорила? — спросил я, решив напомнить о важном.

— В субботу поговорю, — пообещала сестра.

«Сибирский Осведомитель», 6 ноября 2034 года

«ЧТО ТРЕВОЖИТ СЕРЫЕ ЗЕМЛИ?»

Автор статьи — специальный осведомитель издания по Ишимскому княжеству Ростовин И. А.

Сегодня было стадо пуныньмисов. Голов эдак в сто-двести. Это, если кто не знает — а никто и не знает! — что-то вроде зубра или косматой коровы. С языка местных вогулов это, собственно, и переводится как «косматая корова»…

Однако корова эта в холке повыше двух метров. И, в отличие от берусов, мясо очень даже ест. Так что я один из тех людей, кто видел плотоядных коров! К счастью, издалека, из безопасного места.

Стадо пришло с севера, вдоль реки, и было чем-то напугано, а потом кинулось на городские укрепления, невзирая на стрельбу и мины. Грохотало на весь Тобол почти полчаса, пока всех хищных пришельцев не перебили.

«Обычное ли это дело тут?» — спросил я у моего проводника.

«Нет, — ответил он мне. — Такого на моей памяти не случалось».

А, между тем, если верить местным, это происходит всё чаще и чаще. Значит, по всей видимости, на севере появилось что-то опасное. Или новое гнездо Тьмы образовалось, или такая тварь вывелась, что лучше уж гнездо Тьмы.

Поэтому зверьё Серых земель и уходит на юг, сталкиваясь с людьми. А людям, сами понимаете, такое соседство понравиться не может. Вот и начинается стрельба. Бывает, что и жертвы случаются. А бывает, и немалые жертвы. Ну а здесь, за Урал-камнем, людей и без того немного…

В любом случае я, Ростовин И. А., продолжу наблюдать за развитием событий. И, конечно же, буду держать вас в курсе.

В общежитии было пусто. Суббота, занятий практически нет. На вечер и воскресенье все укатывают к родственникам, у кого они есть.

Я немного поучился, сидя в комнате, а потом отправился в столовую на ужин. И там я снова был один-одинёшенек, не считая раздатчицы тёти Глаши, пухлой и добродушной женщины, вечно дремавшей на рабочем месте.

Однако моё одиночество продлилось недолго. Я едва успел приступить к мясу с макаронами, как в дверях возникла Покровская и, осмотревшись, тут же направилась ко мне.

То ли специально где-то поджидала, то ли случайно совпало, и она решила поговорить… Правда, начала девушка резко. Честно скажу, от выдержанной Авелины я такого не ожидал.

— Дурак ты! Чуть не помер на этом поединке! Зачем вообще полез? — сердито спросила она, наклонившись над моим столом.

— Ну не помер же… — ответил я, слегка отодвинувшись назад вместе со стулом: соседство с упругой девичьей грудью не шло на пользу моему пищеварению, только настроению. — К тому же, отказаться всё равно не вышло бы. Сожрали бы меня тогда, с потрохами.