Книга Тьма. Том 4, страница 118 – Лео Сухов

— А что если всё-таки попробовать? — отставил я в сторону чашку с чаем. — Вы сможете сделать ещё?

— Да сделать-то я смогу… Но как вы это в дома красоты продвинете? — вздохнул Павел. — Вы не обижайтесь, Фёдор… Но по вам сразу видно, что вы в этой области ничего не понимаете. Как, впрочем, и я когда-то. А вот когда начал разбираться, то понял: там такие тесные связи у заводов с домами красоты, что лучше между ними не влезать.

— А сколько ваш лак будет сохнуть? Ну если добавить изменённый тенькой растворитель? — уточнил я.

— Минут пять на основу, минуты три — пигментный слой. Ну и ещё минуту-две сохнет защитный прозрачный слой.

— Что, ещё и третий слой есть? — удивился я.

Правда, удивлялся я больше для виду. Память Андрея подсказывала, что женский маникюр на пике развития напоминает работу стоматолога. Обработка ногтя, шлифование, нанесение разных слоёв, высушивание их лампами… Девушки у Андрея были, и пару раз ему приходилось ждать их, наблюдая за процессом.

Да и потом, когда влип в дело с контрафактом для косметики, он подробно изучил вопрос. В общем, знать-то я знал… Но всё равно надо было изображать человека неопытного.

— Конечно. Чтобы дольше держалось! — подтвердил Павел.

— Значит, вместе с изменённым растворителем высохнет минут за десять, так?

— Ну и ещё время на нанесение.

— И зачем тогда это в домах красоты-то делать? Достаточно стульчика и лотка, разве нет?

— Ну так-то да… Но кто этим заниматься будет? — засомневался Павел.

— Сами девочки и будут! — ответил я. — Они же станут, по сути, листком рекламаре для нового лака.

— Потому что будут и свои ногти красить?

— Да они ведь уже красят! — кивнул я. — Просто в узком кругу и бесплатно. А сколько берут в домах красоты за ноготочки?

— Рубль-два… Точнее сейчас не скажу, — Павел задумался.

— А какая себестоимость лака у вас вышла? — спросил я.

— Двадцать рублей за три пузырька. По одному для каждой части, — Павел вскинул глаза к потолку и пожевал губами. — Объём на сотню ногтей где-то… Значит, стоимость одного ногтя — 2 копейки. Десяти — 20 копеек. Но я заплатил за растворитель: покупал его в розницу. А если найти двусердого, который будет заниматься обработкой — выйдет дешевле. Но это если у него загрузка будет полной.

— Давайте прикинем! — предложил я. — Вот, допустим, моя сестра будет после учёбы идти в торговые ряды и сидеть там до закрытия. Это четыре-пять часов, так? Если обеспечить точку работой, то в час она будет обслуживать пять-шесть сударынь. Даже если брать с них всего рубль, хоть это и новинка, выйдет шесть рублей в час. Итого, двадцать пять — тридцать рублей за вечер?

— Но пятую часть она отдаст за сам лак. И ещё надо будет оплачивать наём места.

— Нужно узнать стоимость места, согласен! — кивнул я. — Но сомневаюсь, что небольшая торговая точка будет дороже ста рублей в месяц. В то время как выручка за месяц составит почти девять сотен рублей.

Павел посмотрел на меня скептически, однако зря. Запах денег уже витал где-то рядом. Нам оставалось только идти по этому запаху.

Однако Павлу было сложно поверить в успех после всех неудач.

— Ладно, это пока мечты, — решил зайти с другой стороны я. — Да и производству лаков тоже нужна прибыль. Не всё же в сарае делать, да? И постоянный поток сударынь, желающих навести красоту, сразу создать не получится. Так что… Девочки будут покупать лак рублей за тридцать пять, конечно же. Брать будут ещё меньше, отчего будут меньше доходы. Даже если найдут подружек, кто учится по вечерам и сможет помогать утром и днём… Ну тогда, в лучшем случае, девочки выручат рублей пятьдесят на каждую…