Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 232 – Лео Сухов

— А-а-а! Ты чего?.. — я проснулся и попытался отпихнуть животное, топтавшее меня тяжёлыми лапищами.

Кот тут же соскочил на пол и метнулся к двери. За окном по-прежнему шёл дождь, но ночь не закончилась: светлеть даже не начинало. А в голове у меня от недосыпа отчаянно шумело, да и, в целом, мир никак не переставал кружиться перед глазами, как запущенный волчок. Поэтому вставать было очень тяжело.

Но стоило услышать, как снаружи что-то грохнуло, как включились рефлексы, ещё в армии вбитые куда-то на подкорку. И пока я хватал со стола «пушка», одновременно накидывая куртку и забивая карманы боезапасом — сердце разогнало кровь, зрение прояснилось, а голова перестала кружиться.

В итоге, в коридор я не вывалился, как мешок с биомассой, а выскочил, как храбрый воин, готовый ко всему.

Но только не к тому, что там увидел.

К слову, кот явно был лучше подготовлен к любым неурядицам. В отличие от меня, он не замер на месте даже на секунду, а со всех лап рванул в тёмный угол под окном у лестницы. Где, насколько я успел заметить краем глаза, просто-напросто растворился в густой темноте.

Что меня настолько шокировало? А я сейчас расскажу…

В коридоре обнаружились не одинокие бандиты, не заблудившиеся в городе отродья Тьмы, а прямо-таки настоящая штурмовая группа. Десяток матёрых ребят в тяжёлой броне и несколько двусердых бойцов.

Ну а самыми примечательными были двое мужчин, застывших у двери Авелины Покровской.

Один из них был в годах, лет шестидесяти на вид. Но, с учётом наличия чёрного шрама на щеке, ему могло быть хоть под сотню. А вот второй — чуть постарше меня самого. И чертами лица он до ужаса напоминал первого мужчину. Видимо, не очень дальние родственники.

Похожи они были не только внешне. Оба при моём появлении уставились на меня с одинаковым выражением лиц: смесью спеси и превосходства.

А мой взгляд, тем временем, успевал выхватывать новые и новые подробности… Все тяжеловооружённые бойцы сосредоточились у комнаты Покровской, нацелив на закрытую дверь автоматические винтовки неизвестной мне модели. И у всех на плечевых щитках, где обычно располагается эмблема подразделения или рода, было затёртое пятно.

Так что понять, к какому роду принадлежат ратники, я не мог. Да и не до того было: мой взгляд выцепил кое-что совсем уж неправильное. А именно, человеческую руку, торчавшую из соседней комнаты: на полу, ладонью вверх, и пальцы, сведённые судорогой. В нос ударил запах железа — явный признак пролитой крови. Моего соседа то ли подстрелили, то ли убили. И, видимо, лишь за то, что нос высунул не вовремя.

И ведь речь в нашем случае шла о непростом учебном заведении. И ещё более непростых детишках, за каждым из которых стояли серьёзные люди.

А за мной вообще никто не стоял. И несложно было понять, что меня сейчас ожидает. Поэтому двигаться я начал раньше, чем кто-то успел опомниться. И отнюдь не к себе в комнату — потому что не дурак: там, позади, был тупик. Да, я мог закрыться на замок, но у меня-то таких артефактов, как у Авелины Покровской, нет.

А значит, против ратника моя дверь выдержит всего несколько секунд. Ну а верёвкой для срочной эвакуации через окно я, болван эдакий, после прошлого раза не обзавёлся.

Ведь первое нападение на общагу было исключительным случаем, да?