Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 184 – Лео Сухов

— Ага! — пискнул я, ткнув трубкой себе в грудь и зажмурившись.

Естественно, я не забыл, что со мной делали во втором зале. И, естественно, я никак не мог в этот момент расслабиться. Я сжался, ожидая болезненного удара, но его не последовало. Тёмная желеобразная масса ткнулась в кожу, чуть нагрелась… А затем я почувствовал, как меня переполняет тенька — разве что из ушей не льётся.

Пиликнули прибор и терминал, а Мария Михайловна на этот раз просто тяжело вздохнула, не став учить меня новым словам, которые я и сам со школы знал.

— Ну, что-то такое я и предполагала… — кивнула она. — Шестьдесят четыре тысячи семьсот семьдесят одна капля. Поздравляю, чудовище! Переходи к следующему аппарату…

Собственно, следующим был сканер, который измерял вместимость моего чёрного сердца. И тут Мария Михайловна попросила поторопиться, чтобы тенька, в которую меня закачал «пылесос», не успела выйти.

После того, как терминал показал вместимость в двести пятьдесят тысяч капель, я был признан нелюдью — и отправлен на следующий аппарат.

И вот здесь мне пришлось повозиться. То, что первогодки изучают за два-три месяца, я вынужден был осваивать на ходу. Сначала мне потребовалось «разогнать» своё чёрное сердце. Оно должно было начать биться ровно, мощно и как своё родное. А это без тренировки ни разу не легко, если честно…

Но с этим я справился, хоть и за целых двадцать минут. И результаты оказались вполне себе приемлемые. Моё чёрное сердце пропускало по энергетической структуре порядка одиннадцати тысяч капель, всасывая из пространства сто двадцать три и теряя пятьдесят восемь. То есть я был тенько-отрицательным (в том смысле, что втягивал энергию из мира) и за день мог накопить почти сто тысяч капель. А за два с половиной дня — доверху заполнить чёрное сердце.

— С твоей вместимостью цифры выглядят не очень, — признала Мария Михайловна. — Но у тебя просто вместимость дикая. У отроков второго ранга нормальная вместимость пятнадцать-двадцать тысяч капель. И при твоих показателях они его наполняют полностью часа за три.

— А как накапливают теньку те, кто положительные? — поинтересовался я.

— Ну, как я и сказала, сколько-то теньки я втянуть могу, — пояснила Мария Михайловна. — А потом давление в сердце увеличивается, и я начинаю терять её быстрее, чем набираю. Посмотри на меня теневым зрением.

Мысль оказалась логичной, и я потянулся к чёрному сердцу. В этом теневом мире Мария Михайловна была совсем не такой, как в обычном: из неё росли те самые жгутики, которых было очень много. Причём росли не только из рук, а отовсюду, пробиваясь сквозь одежду и активно шевелясь. Вся энергия в комнате, которую я видел, тянулась к ним. И, втягиваясь внутрь, тут же выплёскивалась назад.

Память Андрея подкинула схему циркуляции воздуха в помещении с батареей, когда снизу подтягивается холодный воздух, а сверху рвётся горячий. Вот и с Марией Михайловной было что-то похожее.

— И что, так постоянно? — удивился я.

— Я уже почти не обращаю внимания, — призналась она. — Даже сплю, продолжая набирать энергию. Но тут есть две сложности… Если я начинаю плести заклятие, часть жгутиков приходится кидать на это занятие, и они перестают восполнять запасы. Поэтому, если не поторопиться — могу потерять очень много.