Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 183 – Лео Сухов

— А может быть отрицательное соотношение? — спросил я. — Ну, вроде как, терять больше теньки, чем собирать?

— Да, может, и случается довольно часто, — подтвердила Мария Михайловна. — Я, к примеру, такая. Не могу набрать большого количества теньки в своё сердце, потому что теряю очень много. И постоянно собираю её вокруг жгутами, чтобы восполнить потери. К сожалению, чем больше я набираю — тем сильнее выливается. Отсюда и ограниченность всех моих плетений. Я могу вложить в них ровно столько, сколько есть у меня в сердце, и ни каплей больше.

— А потом докинуть не получится? — уточнил я.

— Таких умений у меня, к сожалению, нет, — улыбнулась Мария Михайловна. — Прежде чем мы вообще начнём, я хочу, Федя, чтобы ты кое-что понял.

— Я весь внимание! — отозвался я.

— Среди двусердых очень мало всесторонне развитых людей, — проговорила проректор. — Впрочем, и таких узконаправленных, как я, тоже немного. Всесторонне развитым становится где-то один из пятиста. При этом неважно, насколько повреждена энергетическая структура и какие дефекты она имеет. Важно что-то ещё. О чём, к сожалению, наша нынешняя наука не знает… Впрочем, крайние значения того или иного признака у живых существ тоже встречаются нечасто, верно?

— Ну да… А стихийное колдовство?

— Это тоже неизвестно, — развела руками Мария Михайловна. — Исключительно предрасположенность. Ну или что-то ещё. Вообще мастера стихийных плетений утверждают, что лучше всего они видят теньку, которая близка их стихии. Ты пока не различаешь цвета…

— Чуть-чуть! — признался я, рискнув перебить госпожу проректора.

— Ты различаешь цвета? Кхм… — Мария Михайловна помассировала пальцами брови. — Это будет интересно! А по поводу стихий запомни: если ты к третьему кризису будешь видеть все цвета радуги у теньки, то тебе повезло. Давай приступим… Ты сейчас сидишь рядом с аппаратом, который определяет ширину канала. А теперь возьми в руки шланг. Да, верно!..

Я взял в руки шланг «пылесоса», как мне и сказали. Он не был полым: внутри гибкой трубки виднелась какая-то желеобразная субстанция чёрного цвета.

— Отлично! Закрой глаза, потянись к чёрному сердцу и попытайся исторгнуть из себя максимум теньки. Тебе будет легче, потому что ты уже что-то подобное делал, когда перенасытил заклятие тёмной куколки. Попробуй сотворить с этой трубкой то же самое!

Собственно, я не стал изобретать велосипед и сделал так, как меня просила Мария Михайловна. Просто представил ту нехорошую ситуацию, летящее в меня плетение… И выплеснул через руки целую струю хлопьев, который шланг «пылесоса» тут же жадно втянул.

Внутри образовалось сосущее чувство пустоты: как будто у меня где-то есть не только второе сердце, но и второй желудок — и он очень голоден. В тот же миг я услышал, как пиликнул прибор для измерения ширины канала, а затем терминал…

А Мария Михайловна тихо выдохнула сквозь зубы слово, которое обозначало вовсе не то, чем мы с ней сейчас занимались, а одну из древнейших женских профессий.

— Что, всё плохо? Или настолько хорошо? — уточнил я.

— Двадцать четыре тысячи сто сорок три капли… — хмуря брови, ответила она. — Да ты монстр просто, Федя!..

— Это много? — снова уточнил я.

— Это уровень кмета, — ответила Мария Михайловна. — Неважно, старшего ли, младшего… Просто это не отроческий уровень. Отроки второго ранга очень редко могут выдавить из себя больше десяти тысяч капель. Ладно! Возможно, в этом виноваты наши с тобой попытки повлиять на энергетическую структуру… Давай дальше. Теперь расстегни рубашку до середины груди и закрой глаза! Поднеси шланг к груди, прямо к чёрному сердцу, и попытайся расслабиться. Будет похоже на то, что я с тобой делала во втором зале. Но при этом давление будет не таким сильным. Готов?