Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 114 – Лео Сухов

А Костя кивнул Марии.

— Проверьте её год обучения, или старше на той же специальности! — фыркнула проректор. — Наверняка там родственники Безумкова!

— Виктор Леонидович, запросите списки учащихся на её специальности из пандидактиона. Проверьте, нет ли родственников Безумкова! — попросил Костя.

— Так не надо проверять! Я сам помню: в прошлом году брат жены его племянника поступал на экономику, — сразу же ответил урядник. — Ещё скандал был, помните, что он сам не сказал, чей родственник, а ему две ошибки на вступительных вписали? Потом ещё головы в Образовательном Приказе полетели…

— Дело раскрыто! — Мария выпрямилась и щёлкнула пальцами.

— Всё, отбой, Виктор Леонидович. Мария нас уделала! — посмеялся Костя.

— Ну как всегда! — шутливо протянул урядник. — Как там?

— Так себе… — сразу помрачнев, не стал вдаваться в подробности Костя. — Ладно, держите в курсе. И опросите работников кондитерской.

— Уже допрашиваем, Константин Петрович. Как буду результаты, я скажу! Всего хорошего!

— И вам… — Костя нажал отбой.

— Не получилось опять поломать? Да, Маша? — покосившись на мониторы Фёдора, с сочувствием покачал головой Владимир Евсеньевич.

— Да мы и не успели всё до конца… — горько вздохнула Мария. — Прокачали через него «теньку»… Хотели попробовать, как вы предлагали… И согласие он дал. А тут вот…

— Да, жаль парня… — Владимир Евсеньевич присел на стул, а потом хлопнул себя по лбу. — Боже мой! Забыл… Чайник-то уже вскипел, небось.

— Я вам помогу! — Мария решительно встала со стула.

А Костя остался, понимая: она хочет что-то обсудить со стариком без лишних ушей. И ему, конечно, было обидно быть лишними ушами, но… Всё-таки он признавал за Марией Михайловной право на собственные тайны.

Заскучав, он невольно кинул взгляд на показания Фёдора и, вместо того, чтоб поморщиться — внезапно нахмурился.

Энергетическая структура никак не могла позеленеть. Часть линий становилась зелёной, часть — оставалась красной, а затем они снова меняли цвет.

Такого на памяти Константина ещё не было.

Вот и молодой врач, помощник Владимира Евсеньевича, обеспокоенно уставился на экран. Структура мигала, как сломанный светофор на перекрёстке. Графики бились в крайние значения. Происходило что-то странное. Вот только никто не понимал, что…

А потом структура взяла и разделилась! Одна фигура, зелёная, сместилась в сторону, а красная оказалась будто бы за ней. И тут уже не надо было рыться в справочниках: в ход кризиса кто-то вмешался.

— Владимир Евсеньевич! У нас тут вмешательство в кризис! — нервно крикнул молодой.

С маленькой кухни раздался грохот, а потом оттуда выскочили старый врач и Мария. Бросив короткий взгляд на показания, Владимир Евсеньевич тут же начал раздавать приказы:

— Проверьте целостность структуры защиты. Проверьте сферу отрицания! — он подхватил трубку висящего на стене старого телефона и заорал, не набирая номера: — У нас вмешательство в кризис! Пришлите двусердых в третью камеру обособления! Проверьте защиты!

— Всё чисто! — отозвался один из помощников. — Структура защиты не нарушена. Сфера отрицания работает. Ни попыток взлома, ни попыток вскрытия.

— И никого в пределах камеры нет, кроме ратников! — подтвердил второй врач. — Ментальное взаимодействие не обнаружено. Всплесков «теньки» не зафикисровано.