Книга Искупление грехов, страница 71 – Лео Сухов

— Это какая-то мудрость? – спросил я.

— Это сложно объяснить, – ответил Лин-ани. – Но когда-то мудрецы Сангара умели делать такие дороги, а потом секрет был утерян. Поэтому дорога и забытая. Я потратил всю свою жизнь, чтоб разгадать этот секрет… и даже сумел это сделать… Это было последнее, что я сделал.

— Зачем ты её сделал?

— Не сделал – открыл. Я хотел вывести людей по ней, – ответил мудрец. – Простых жителей, кому не досталось места на корабле.

«Да я гляжу, ты всё же не был лишён благородства» – мелькнула у меня в голове мысль, но я её подавил. Злорадствовать было нельзя.

— И получилось? – уточнил я у мудреца.

— Я не знаю, мальчик, – ответил Лин-ани. – Я стал основой для этой дороги, её защитой от изменённых и самого изменения. Я держу ее открытой, но не могу защитить. Я и есть – дорога. Но я не знаю, получилось ли у людей выйти… Вижу только, что многие остались тут, запутавшись в своих кошмарах.

— Как получилось, что мы оказались тут? – продолжил я расспросы.

— Я вам помог, – ответил Лин-ани. – Помешал мудрости отправить вас в малый мир. Я уже давно знаю, что началась чистка. Не раз я видел твой отряд. Я даже видел, как ты попал сюда впервые, Шрам. Вы сейчас проявили настоящую смелость, спасая своих соратников.

— Не так уж и много там было смелости, – ответил я, вспомнив свои мысли.

— Иногда необходимость и есть – смелость, – темнота зашелестела смехом. – А страх нужен, чтобы его преодолевать, мальчик. Ты молодец, как и все в твоём отряде. А я вот… Я не смог.

— Зачем ты вмешался? – спросил я. – Ты ведь потратил на это силы?

— Что толку жалеть о силах?.. – Лин-ани и темнота вздохнули. – Я дорога без цели. Сколько ещё я продержусь? Месяц, два? Не знаю… Здесь секунда – вечность, год – вечность!.. Теперь мне осталась пара дней – но это тоже вечность… Вечность бесконечных кошмаров. Но вы можете выйти по забытой дороге… Понимаешь, мальчик?

— Понимаю, – я кивнул. – Как нам выйти?

— Это начало пути, – ответил Лин-ани. – Идите вперёд по камням. Я не знаю, с чем вы столкнётесь впереди. Там будет жить тень ваших страхов, но если не обращать внимания – вы пройдёте. Когда увидите свет – идите к нему. Это и есть выход… Там… Если получится…

— Что там? – спросил я.

— Там… по пути… вам может попасться мой дневник с рабочими записями. Его уносили жители Линга. Возьмите его и передайте любому имперскому мудрецу, они разберутся… Не ищите специально. Не надо. Просто не дайте людям забыть про меня…

— Не дадим, – пообещал я. – Не дадим, Лин-ани.

— Идите тогда. Не задерживайтесь. Когда меня не станет, дорогу поглотит туман… и выход закроется. Идите…

Мы молча стояли вшестером, вглядываясь в темноту и не решаясь сделать первый шаг. Лин-ани замолчал и не отвечал нам больше. Туман, до этого стелившийся по самой земле, начал медленно подниматься.

— Надо идти, – сказал я. – Надо выбираться отсюда как можно скорее. Готовы?

— Нет, – ответила Пятнашка за всех. – Ты ранен, я ранена. Все в ранах. Молчок вообще на ногах елестоит.

— Мази?

Мази нашлись, хоть и немного – из запасов на поясе. Наскоро перепроверив все раны и смазав свежие, мы двинулись вперёд.

[A1]Хочется парой-тройкой слов пояснить, почему эти две без оружия

На забытой дороге не было времени – в том смысле, что оно совсем не ощущалось. Сколько мы шли в темноте при свете моего мигающего огонька? Каждое из этих миганий вызывало у меня острый приступ страха. Не был я уверен, что у меня получится засветить огонёк снова – в чём и признался своим спутникам. Каждый на это отреагировал по-своему. Пятнашка ободряюще пожала мою руку, Зенка прикусила губу, Клада всхлипнула, Фука что-то пробормотала под нос, а Молчок просто пожал плечами – его любимый жест. И, наверно, самый многозначный.