Книга Искупление грехов, страница 65 – Лео Сухов

— Их мудрость безгранична! С ними и говори! – снова успокоился пленник.

— Да с радостью, только со мной особо никто не разговаривает, – ответил я.

— Чтобы говорить с ними, надо погрузиться в новый мир! – ответил пленник.

— Чтобы говорить со мной, надо вернуться в старый, – парировал я. – Всё их могущество кончается на границе нового мира, который становится всё меньше и меньше.

— Это не так! Мы растём! Не в старом мире, в новом мире! Их время придёт! Ты поймёшь! – ответил голосом пророка пленник, вызвав приступ неконтролируемого смеха у окружающих.

— Когда я ем, тоже расширяюсь вовнутрь, – ответил я. – Твои хозяева творят всё что угодно в своих уютных мирках, не появляясь за их пределами. Потому что снаружи сразу получат по наглым мордам. Впрочем, мы же сейчас в малом мире одного из твоих хозяев. Что же он не приходит за тобой?

— Их мудрость безгранична! – ответил пленник.

Дальнейшие попытки разговорить его натыкались только на презрительное молчание.

— Свяжите его, а будет пытаться стянуть повязку – пришейте её к лицу. Или оглушите и позовите меня. Всё, времени нет с ним возиться. Нож, Суч, Пузо и Молчок – пошли.

В путь нас провожали всем отрядом. Пятнашка не удержалась и, судорожно сглотнув, при всех обняла меня. Мы вышли, вооружённые лучшим из того, что было при себе у бойцов. Короткие мечи, щиты, копья. По дороге, отмеченной цепочкой камней, с новым поглотителем магии на плече. Дорога извивалась из стороны в сторону, как след от проползшей в песке змеи. В итоге на середине пути мы были только через полчаса. Дорога неожиданно раздалась в стороны – образовав круг наподобие того, в котором стоял отряд. И в этот круг из облачка тумана шагнуло пять солдат гарнизона поселка. Солдат, хорошо знакомых нам по видениям в заброшенном селе.

Они молчали, разглядывая нас, мы – разглядывали их. Стоявший во главе отряда солдат, державший факел, бросил его на землю и потянул из ножен меч.

— К бою! – выкрикнул он.

Все пятеро обнажили мечи и подняли щиты.

— Ксатран, остановись! – попытался я договориться.

— Не слушайте его! Руби!

Солдаты сделали шаг вперёд из туманной дымки. Прошуршал меч Ножа, извлекаемый из ножен. Я поудобнее перехватил копьё и поднял щит. Рядом пристроились Пузо и Молчок. С краю встал Суч с топором.

— Суч, Нож, вы знаете что делать, – проговорил я, глядя на медленно подступающих солдат. – Остальные по команде – копья.

Надежды на копья было мало – воин с коротким мечом гораздо лучше чувствует себя в близком бою. Оставалось только рассчитывать на то, что солдаты, привыкшие работать в строю, не ожидают захода во фланги.

Когда до противника оставалось шагов пять, я выдохнул: «Копья!». В этот же момент Суч начал обходить солдат слева, Нож – справа, отвлекая внимание крайних бойцов, а Пузо, я и Молчок сделали шаг назад, перехватывая копья для броска. Солдаты изменение ситуации оценили криками и попыткой добежать до троих копейщиков, но получили атаку на фланги – а затем и бросок тяжёлых снарядов. Рассчитывали мы просто отвлечь, сбить атаку пехотинцев, но получилось всё удачнее – один из бойцов, который поворачивался к Сучу, получил копьё Молчка в шею и, заливая кровью соратников, начал оседать. Суч успел перенаправить удар топора и рубанул по шее его соседу. Нож схватился с бойцом на противоположной стороне, и к нему присоединился Пузо. Молчок кинулся к бойцу слева, а я вышел против командира пятёрки.