Книга Искупление грехов, страница 15 – Лео Сухов

— Ну как знаете, – пошёл он на попятную. – Но разве мы и так не рискуем?

— Да как нас вообще могут использовать так, чтобы нам навредить? – спросил Ша-арми. – Какие у вас есть предположения по этому поводу?

— Никаких нет, – ответила ему Пятнашка. – Что это меняет?

— Меняет всё! – возразил Ша-арми. – Может, они просто на нас взвалят кучу работы, а потом отпустят. А может, будут посылать на особо опасные задания… Хотя в Линге всё опасно. Но заставить нас идти на самоубийство они, не смогут. Шрам, что тебе этот мудрец тогда сказал?

— Соксон сейчас в таком же положении, что и мы, – задумчиво ответил я. – Тоже поверил им. Да и в посёлке он не постоянно.

— Всё равно не вижу, что они нам такого неприятного могут сделать, – возразил Ша-арми. – Контракт я читал. Гнать на убой нас не могут. На любой выход нам дают защитные амулеты. Разряжаются они за несколько часов, если на нас нападают, или за сутки использования – если обходится без нападений. После этого мы спокойно возвращаемся за новыми.

— Да могут-то они много, – вздохнул Нож, глянул на нас с Пятнашкой и снова вздохнул. – Я вам верю… Понимаю, что вы, наверно, оба правы. Ты, Пятнашка, не раз пятой точкой чувствовала неприятности. Шрам вообще тварей мудрости истребляет… Но… а как иначе-то? Откажемся от их предложения, получим очень плохую пометку мудрым письмом и после этого – всё. Забудьте о вэри, забудьте о нормальных заказах. И ладно мы – каждому бойцу в сотне такое же припишут.

— Тоже думаю, что выхода нет, – согласился Хохо. – Я и остаться хочу, ведь такие деньги всё-таки… Но и вам готов поверить. С другой стороны, Нож сейчас дело сказал – откажемся, и будет нам нехорошо. Шрам, Пятнашка, да вы сами подумайте: что мне бойцам говорить? Даже если я вам верю, даже если ваши подозрения обоснованы… Хотя вы, между прочим, ничем их не подтверждаете. Контракт оберегает от попыток нас подставить и сунуть в самое пекло. Арми прав – как бы нас ни гоняли, всё упирается в защитные амулеты. Не будут они работать вечно. Даже если нам по запасному комплекту выдадут.

— Не убедим мы бойцов отказаться, – согласился Эр-нори. – Представь, подойду я к своим и скажу: нам предлагали деньги и протекцию, но мы решили отказаться… Да они меня сожгут за это и съедят.

— А ты бы ещё более честолюбивых в один десяток собрал – так тебя бы уже сожгли, – подколола его Пятнашка. – Говорила я тебе, бери кого-нибудь из проверенных.

— Ну тогда мне это не казалось таким важным, – Эр-нори пожал плечами. – Да не о том речь. Они же просто уйдут из отряда и переметнутся к графу этому. Мы все хорошие и милые, но ты не забывай, что все мы хотим немножечко пожить. Думаешь, если от нас люди начнут уходить, граф не узнает и не переманит?

— Узнает и переманит, – согласился я.

— Ну так и что мы должны говорить бойцам? – спросил Ша-арми. – «Ребята, давайте откажемся от денег и работы до весны. Срочно собираем вещи и сбегаем, потому что Шраму и Пятнашке кажется, что нам что-то угрожает?». Несмотря на прописанные условия в контракте, несмотря на защитные амулеты, несмотря на тройную оплату. Да ещё и весь отряд получит мудрым письмом запись, что мы послали уважаемого человека с такой щедрой просьбой. Серьёзно?

— Да, так это звучит совсем несерьёзно, – согласилась Пятнашка. – Но вы же можете помочь донести и нашу точку зрения? Или мы тут просто так поболтать собрались?