Книга Безымянные слуги, страница 144 – Лео Сухов

— Если вдоль всей крепости их столько же, то вокруг нас тысяч сто коротышек, — мрачно сказала она. — По четыре-пять на каждого.

Мы остановились на лестнице и осмотрели крепость, которая дала нам защиту и приют. Вдохновляла открывшаяся картина мало, надо сказать. Крепость была круглой, стены и вправду были высокими — пятнадцать шагов, не меньше. Ширина — шесть шагов. Но, как и предупреждал Скаэн, всё это было выстроено из сырого кирпича — глина вперемешку с соломой. Гореть не загорится, но, если хорошенько ударить, скалывается и крошится на раз. При желании кочевники могли просто проковырять новые ворота.

От одной стороны круга до другой было под тысячу шагов. Вдоль стен располагались склады с провизией и собранными травами, на крышах сушилась свежескошенная трава. Большая часть пришедшего войска расположилась по этим сараям. Один такой сарай вмещал в себя человек сто. В центре располагалось ещё несколько строений — казарма, столовая, каменный двухэтажный домик, который заняло начальство, и несколько десятков бараков, где жили работники. Теперь бойцы потеснили всех. Людей было очень много: часть войска вообще ночевала на улице — в палатках. В такой тесноте ещё надо постараться не поймать стрелу кочевника. Но стены придавали некую уверенность в удачном отражении штурма.

Народу в столовой было много, но и пунктов выдачи еды было штук пять, поэтому люди продвигались быстро. Получив свою порцию завтрака — все тут же уходили к месту размещения. Мы поступили так же, пристроившись есть в сарае. Запах еды разбудил бойцов, и многие потянулись за едой.

Скас и Гун-Нор пришли, когда с завтраком было покончено, и большинство маялось от безделья. Они призвали десятников и вместе с ними пошли на стены, где Скас указал нам участки, которые займёт каждый десяток во время штурма. Запоминать пришлось по-простому: отсчитывая бойницы от лестницы. На стене я заметил и другие группы, которые получали инструкции. В этот раз мне и Пятнадцатой достался один участок — причём мне предстояло помогать Пятнадцатой с её новичками.

Когда с объяснениями и разметкой было закончено, Скас отвёл всех вниз, нашёл местечко, где можно было посидеть на брёвнышке, и устроил небольшое совещание.

— Так, что у нас с луками? — спросил он.

— У наших луки есть у всех, — ответил Гун-Нор. — Но у молоди — охотничьи, простенькие.

— Неважно, — отмахнулся Скас. — У коротышек броня — одна видимость. Главное — попасть. Если даже раните в руку или в ногу, уже будет полегче, когда они на стены полезут. Их раны не останавливают, только очень сильная потеря крови или смерть. Бегают даже с пробитыми лёгкими. Но конечности — дело другое. Если пробить руку, не сможет своим топориком махать или щитом закрываться. А ногу — будет хромать. Так что стреляйте — не стесняйтесь. Сегодня вечером будем перетаскивать корзины со стрелами, а пока отдыхайте и набирайтесь сил. Первый, какие самые слабые десятки после этих, зелёных, у Пятнадцатой?

— У Шастя десяток слабоват и у Шестого.

— Почему? — уже у Шастя и Шестого спросил Скас

— Тоже много новичков, — ответил Шестой.

— Много девушек, — ответил Шасть.

— Ясно. Тогда тех, кто совсем слабые, выделите на собирание стрел кочевников и переноску новых во время боя, — Скас махнул рукой. — Подносить снаряды надо для всех наших десятков.