Книга Безымянные слуги, страница 140 – Лео Сухов

Бойцы споро разожгли костры, повесили котелки и принялись варить еду. Каждый десяток готовил на себя. Я распорядился устроить из тентов палаток навесы и отправился к отдельному костру, откуда меня уже дважды звал Первый. Пришёл я последним и вызвал недовольные взгляды Пятнадцатой, Первого и Скаса, но высказывать мне ничего не стали. Да и задержался я не больше Хохо и Шастя. Они пришли на пол минуты раньше.

— Так, молодёжь, — сказал Скас. — Специально для вас рассказываю. Пути до Линга от нас — одиннадцать дней. Путь давно выверен и размечен. Все места стоянок — устоялись. Но прервать марш могут в любой момент, когда встретят достаточные силы противника. Ночью из города выдвинулись отряды разведчиков. Их задача — отлавливать мелкие отряды неприятеля и вовремя сообщать о крупных. Первые столкновения будут дней через шесть, когда мы дойдём до Пущи — там марш, это отдельная история. Каждый вечер мы должны доходить до мест стоянки. Каждый! Поэтому делаем всё быстро!

Он красноречиво глянул на крайнего, то есть — на меня.

— Что там в Линге — мы не знаем. И узнаем только на подходе. Соблюдаем максимум осторожности. Сегодня ещё ночуем без часовых, но завтра ночью — все дежурим посменно. На каждый десяток — своя смена. Нам выделят участок наблюдения. К дозору относимся серьёзно — так своим бойцам и объясните.

Скас строго на всех посмотрел.

— Дальше. Если необходимо что-то взять из обоза: обоз будет догонять нас по вечерам, поэтому всё берем утром, организованно. Может быть, будет день, когда мы сами будем охранять обоз — сейчас этим занимаются другие. Вообще собрали почти пятнадцать тысяч человек — страшные цифры, если вдуматься. На отдых сейчас — час, потом все собираемся и выступаем дальше. Всё, все свободны, кроме Первого и Гун-Нора!

Когда я отходил, ко мне пристроилась Пятнадцатая. Если она и хотела мне что-то высказать по поводу опоздания, то не стала. А я, помолчав, спросил:

— Как ты и твои новички?

— Держатся, — она улыбнулась. — Хотя им тяжело, конечно. А я нормально.

— Это хорошо, — ответил я. — Поставь им навес, как мы. Жарко.

— Точно! — девушка кивнула. — Это ты про навес объяснял и опоздал?

— Да, придумал в последний момент, — ответил я. — В следующий раз уже и без меня справятся.

Мои бойцы растянули два тента, подперев их деревянными столбиками, и теперь с комфортом устроились в теньке. Глядя на них, другие десятки тоже занялись организацией укрытия. Мысль пришла мне в голову настолько неожиданно, что я сам удивился. Моя память в последнее время не радовала откровениями, но в этот раз подала решение задачи с жарой. Из-под тентов пришлось вылезать только дежурным по кухне.

— Ну что… до вечера? — тихо спросила Пятнадцатая.

— До вечера, — согласился я и тихо добавил в спину, надеясь, что она не услышит, — Пятнашка.

Услышала, обернулась и улыбнулась. А я понял, как успел к ней привязаться за два с половиной месяца. Сейчас, рядом со своим десятком, мне её решительно не хватало.

За час жара так и не спала, но отдохнувшие в тени бойцы чувствовали себя значительно увереннее. Марш продолжился с прежней скоростью и продолжался до самого вечера. Первое место стоянки располагалось в излучине реки, где уже ставили простенький частокол. В этом лагере отдыхала только одна тысяча. Места для других мы видели (не все — некоторые) по пути. Единого лагеря не предвиделось: не ходили здесь армии больше императорских «кулаков». Со штабом шли всадники, и их карри требовался корм. Кавалям обоза тоже нужно было что-то есть. Подножного корма в предгорьях не хватало. Пехота умудрялась за ночь превратить места вокруг в помойку, а скакуны и тягловые — съесть всю зелень. Просто организовать перемещение такой армии по незаселённым местностям — это была целая наука.