Книга Вечные Пески. Том 7, страница 102 – Лео Сухов

В очередь надо было записываться, само собой. Чтобы перед переправой получить жетон и подорожную табличку. Запись вели представители аристократических семей или городских властей.

— Если хочешь попасть в Междуречье, не суйся в город! — посоветовал осм. — Только время потеряешь. Ищи палатки с флагом, там чиновники сидят. Вот там и договаривайся, чтобы твою толпу в очередь записали.

Как я подозревал, аристократия участвовала не за спасибо. Люди, которые попадали к ним в руки, могли попасть в Междуречье быстрее тех, кого записывали городские власти. Однако при этом заключали, вероятно, контракт с семьями, обязуясь работать на их полях и в мастерских.

Те же, кто шли через городские палатки, могли выбирать, где приткнуться. На последнем привале я отправил бойцов к беженцам, чтобы им всё это объяснили. Я решил, пусть каждый сам выбирает, как в Междуречье попасть. Часть крестьян решила сразу идти под руку семьям. Таким я сказал завтра самостоятельно искать нужные палатки. Тех же, кто хотел сохранить возможность выбора — пообещал довести до палатки городских властей.

Последний день пути я уводил колонну южнее, огибая Ферунд по широкой дуге. Дорога на юг была забита так, что пришлось искать обходные пути. Я вёл людей просёлками, мимо пустых деревень и убранных полей.

Ферунд открылся нам к полудню. Я придержал перехана на вершине холма и несколько мгновений просто смотрел, не в силах отвести взгляд. Город был огромен. Он лежал на равнине правильным прямоугольником, и его внешние стены тянулись так далеко, что терялись в дымке.

— Длина стен — сто сиханов, брат! — сообщил мне Ситранис, подъехав ближе.

— И на кой такие стены строить? — удивился я. — Сколько туда солдат нагнать-то нужно?

Удержать такую стену невозможно. Не при тех силах, что могли собрать люди. Не против орды, что накатывает волнами. Я невольно прикинул: чтобы перекрыть такой периметр, нужна армия в триста тысяч человек. Нет, Приречье могло прокормить миллионов десять… Однако не все же люди годны к строевой службе.

— Когда города строили, стены возводили, в том числе, от дикого зверья, — просветил меня Ситранис. — И от разбойников всяких. Думаю, никто не будет защищать Ферунд. Для этого есть крепости поменьше.

За внешней стеной, сложенной из серого камня, угадывались аккуратные кварталы. Красные черепичные крыши, купола храмов, мощные квадратные башни, разбросанные через равные промежутки. Город был богат. Может, даже чересчур богат.

Где-то вдалеке, за линией домов, поднимался ещё один ряд стен, выше и толще первого. А за ним, если верить Ситранису — ещё три. Пять поясов укреплений. Ферунд строили не на один век. Он разрастался, разрастался, разрастался… И вырос в нечто, что уже невозможно защищать.

— Красиво, — негромко сказал Истор, подъехав сбоку. — И бесполезно. Пять поясов — конечно, внушительно. Но когда орда прорвёт внешний, в городе сразу же начнётся паника.

О том же думал и я. У Илоса стены были короче, и то удержать их не получалось. Если уж оборонять Ферунд, надо сразу на третий пояс стен уходить.

Что касается окрестностей города, сейчас они выглядели как гигантский лагерь. Однако не стихийный, как я ожидал, а вполне организованный. Людей расселили ровными рядами, между выделенных мест были проложены проходы, кое-где и вовсе виднелись указатели. Военные — городская стража, дружинники семей, солдаты из сборных войск — сновали между палатками, раздавая распоряжения и разнимая споры.