Книга Задолбанец, страница 91 – Юрий Ра

— Это то, что я думаю? Скорлупа змеева яйца на поясе? И как, есть помощь от неё?

— Вот уж точно, без скорлупы на своём доспехе, зажарился бы как… да как тот погибший дружинник. — Денис немного опасался перехвалить пояс. А ну, как князь позарится на его бахтерец? — Не такой уж слабый маг против нас стоял тогда.

— Что скажешь, Марфа? Может оградить сей пояс от магии? Впрямь могутный оберег, али безделица? — Князь вертел в руках сувенир и по его лицу было не понять, доволен ли подарком, или неприятно Болеславу, что такой малостью поклонился боярин.

— Слыхала я, что есть у скорлупок свойство отражать волшбу, да только не можно её на доспех толком прикрепить. В скорлупках дырочку проделать не выходило ни у кого. Расколоть можно, а просверлить или пробить как не выходило, клей же не держит совсем, не пристаёт к ней ничто. Так что да, пояс этот сходит за редкость даже как просто украшение.

— Редкость, хм. Только ты так и не сказала, от волшбы он убережёт ли.

— А ты надевай на пузо его, сейчас бороду тебе подпалю огоньком начарованным, коли не выйдет, то можешь считать оберегом.

— Бороду не трожь!

Князь уже стоял возле кресла и застёгивал на себе подаренный пояс. Длинный, рассчитанный на ношение поверх доспеха, он сейчас свисал изукрашенным наконечником ниже колен. Но такова мода, всего в костюме богатого человека должно быть с избытком. Метры свисающей без нужды ткани, сребротканных поясов, десятки блях и накладок везде, докуда дотянется фантазия мастера или заказчика. Порой под драгоценными металлами, эмалями и каменьями ткани не видно, вот как на этом поясе.

— Не трожь бороду, говорю, повторил князь, — по рубахе колдуй, прям в груди целься. — Он похлопал себя ниже груди.

— Ну да, говоришь одно, а показываешь на пузо! Что, пуза не жалко?

— Ну так там шерсти меньше, примется гореть, быстрее потушу. — Кувшин с морсом уже был в мощной руке государя, исполненной готовности спасать организм.

— Ну держись тогда, сам вызвался! — Указующий перст Марфы вытянулся в направлении мужа и почти коснулся живота, а сама кисть сделала эдакое движение с подворотом, словно она держала отвёртку и пыталась закрутить винт в князя.

— Эй, не убей только!

Болеслав заорал и явно еле удержался, чтоб не отпрыгнуть в сторону. Но жена-огнемёт только напугала его, не став бить огнём.

— Погоди, ща отдышусь. Ладно, бей уже!

— А я ударила.

— Когда? Как?

— Слабо. Побоялась сжечь любого мужа, цыкнула малёха, как свечу зажгла. А оно не того, не цыкнулось.

— Да ну! Не видал ничего, отойди и снова давай пробовать. Ну, поджигай!

Марфа попятилась на пару шагов и снова сделала то же аккуратное движение. Денис раньше такого не замечал, когда княгиня поджигала свечи, она прямо всей ладонью проводила по помещению. Видимо боится мужу навредить, включила режим снайпера, решил попаданец. Со скоростью мысли с пальца сорвался язык пламени, лизнул фигуру князя и бессильно опал.

— Ха! Поздравляю, супруг мой! Работает твой оберег.

— Это какая тогда у тебя защита, коли ты почти всю скорлупу на свой бахтерец навесил! — Аж присвистнул Болеслав. — И какой силы был маг, с которым вы схлестнулись, что тебя через доспех слегка подкоптил. Ладно, что сладилось, то сладилось. Ступай, боярин, службы ты свои знаешь. Ладь молниеотвод да собирай десяток к походу. Как дороги встанут, сразу поедете с моим словом.