Книга Задолбанец, страница 107 – Юрий Ра

— Я тебя услышала, Денис. Спасибо, что вправду хочешь помочь. Мы такое чувствуем.

— Да, так и есть. Уважаемая, раз мы все так сильно хотим успеха этому делу, может быть, ты сможешь объяснить, где и кого быстрее и сподручнее отыскать из твоих сродственников по расе? Чтоб попусту земли не месили.

— Так-то не было бы ничего проще. Но… А впрочем, я тебе покажу, а там посмотрим, удержишь ли в голове знание, не расплескаешь, будет легче и тебе и твоим человекам.

Денис внезапно почувствовал головокружение. Картинка в его глазах категорически перестала соответствовать ощущениям тела, и он шлёпнулся на задницу: «Ох ты ж мама моя!» Сейчас он сидел, закрыв глаза и держась за какой-то куст, чтоб не улететь. Но помогало слабо, потому что он именно что летел! Летел недостаточно высоко и небыстро ниже уровня облаков, словно на легкомоторном самолёте.

А потом понял, что его тельце не летит, ему просто показывают виртуальную картинку. Раз показывают, значит не зря, а с какой-то целью, надо запоминать. И он принялся внимательно отсматривать ролик из жизни драконов, запоминая локации мест, над которыми «летел». Кстати, начался маршрут как раз от раздвоенного холма, так что получалось привязаться к местности. С топографией Денис был худо-бедно знаком, карты читать умел, в том числе немного ориентировался в спутниковых снимках местности. В прошлой жизни даже было интересно сравнивать вид со спутника на знакомые места. Вершиной угадывания был надувной бассейн во дворе тёщиной усадьбы, который блестел в космос подобно удивительному брильянту на фото со вражеского ресурса на букву «Г».

— Живой да в трезвом уме! Да еще и удивляешься не сильно! Человек, признавайся: ты уже летал?

— Живой… То есть, мог умереть? Добрая ты, Змеюка. А про полёты, да, в оставленном мире летал много раз. И гораздо выше, чем летают Змеи. —Денис открыл глаза, вроде голова уже не кружилась.

— Да не может быть такого!

— Мысли не врут. А в доказательство могу сказать, что наверху очень-очень холодно, а самые широкие реки смотрятся как тоненькие ручейки.

— Всё верно, Денис. А говорил, что в твоём прошлом мире магия под запретом.

— Обычная — да. Там в почёте магия техники. Когда огонь, железо, воду, горючий камень и молнию запирают в одном артефакте и заставляют работать на людей.

— Это же опасно! Чуть ошибся с формулой, и всё! Смерть всем.

— Опасно, гибнут сотнями и тысячами. На смену им приходят другие и продолжают развивать техно-магию. Это называется прогресс.

— Да уж, вас людей не остановить. Плодитесь как мыши и всюду лезете. Неразумный вы вид.

— Скорее, неуёмный. Я не знаю, сколько лет обычно живёте вы, но мы люди как не берегись, всё равно через шестьдесят лет уже дряхлые да старые, а через сто лет после рождения помираем при любом раскладе. — Денис вспомнил тутошние реалии и уточнил. — Если не владеем магией жизни или смерти.

— И что?

— И чего тогда её жалеть, такую короткую жизнь! Успеть увидеть хочется побольше, значит бегать нужно быстрее и головой вертеть на бегу.

— Точно, так вы себя и ведёте. Об жизнь убиваетесь с разбегу.

Попаданец подумал, что только что он с этой драконицей сформировали целое философское направление. Будет жалко, если он ни с кем не поделится такими мудрыми размышлениями. С другой стороны, оценить такие глубины способны только умствующие бездельники, учёные всякие. В Дубках-на-Дону он учёных не встречал. Грамотные попадаются, ушлые да бывалые тоже через одного, а вот теоретиков нет, видимо, не выживают они в суровом климате.