Книга Холод, согрей, страница 60 – Олег Фомин

Крик Жеи, птица пролетела над Эгордом, нырнула в пропасть.

Эгорд скован ядом, но рука с дрожью развязывает торбу, ищет пузырек с противоядием, мысли связываются с одной из стрекоз...

Леарит жива!

Стрекозы заполнили пещеру и разлом еще до того, как Эгорд, Леарит и Хафал сюда вошли, и когда Леарит упала, стрекозы слетелись под ней, сцепились лапками, жвалами, крыльями, брюшками, получился мост. Его края упираются в стены разлома.

Леарит на середине моста. Враг, утащивший ее в пропасть, застыл на стене как паук, четыре конечности согнуты так, что и впрямь кажутся насекомьими лапами, шея выгнута, красные глаза смотрят на Леарит.

Рядом с ее плечом хлопает крыльями Жея, угрожающе кричит, мол, не смей приближаться к хозяйке, убью.

Враг прыгнул.

Жея превратилась в меч, Леарит схватила обеими руками, разрубила место, где должен оказаться враг.

Но тварь стала дымом, крисы лязгнули по доспехам на спине девушки, Леарит отскочила к стене, где недавно сидел враг, а тот вонзил крисы в противоположную. Висит, снова из плоти и крови, играет в гляделки.

Эгорд натравил свободных стрекоз на обидчика Леарит, кулак влил в губы противоядие, пустой флакончик в сторонке, Эгорд перевернулся набок.

— Рррра!

Хафал атакует того, кто ранил его в спину, но клешня проходит сквозь облако. Тело демона в ранах, льется кровь, но Хафал сражается величественно, словно не принимает противника всерьез, как назойливую муху.

— Рррра! – повторяет Хафал после каждого удара. – Рррра! Ррра! Рра!

Эгорд творит заклинание, помочь демону, но стрекозы показывают, что за спиной облако пепла формируется в ассасина, у того на голове рана – подарок Эгорда. Не закончив превращение, убийца уже занес клинок для удара.

Кисть воина-мага впечаталась ладонью в землю, энергия льда со скоростью звука проросла корнями к клочку земли, где стоит недобитый враг.

Эгорд оглянулся.

Убийца распят на бутоне ледяных копий, по шипам страшного ледяного одуванчика стекают бордовые ручейки. Крис выпал, а то, что осталось от тела, слабо дергается, пытается растаять пеплом, но дырявая плоть вместе с одеждой и доспехами затвердевает в белое стекло.

Противник Хафала уплывает к разлому.

Оттуда вылетела туча тьмы, что пыталась убить Леарит. Вместе ассасины летят в дальний конец пещеры – к вершине скалы, где пылает огненное дерево.

Из разлома вылетела Жея, за хвост держится Леарит, сапожки коснулись берега.

Эгорд спешит к ней, хромает, яд еще не отпустил.

Леарит сцапала его в объятия.

— Любимый, ты как?!

— Вроде жив.

Чары исцеления из его доспехов заползают в ранки на шее.

Леарит обе ранки поцеловала, с губ на вскрытую плоть перетекли ее чары, ранки заживают быстрее. Девушка слизала с губ кровь.

К ним медленно подходит Хафал, весь в ранах.

— А вот меня обнять некому. Мой гарем в царстве демонов.

Над троицей кричит Жея, с перьев осыпаются горящие золотые снежинки, их магия дает Эгорду и Леарит добавочное исцеление. Хафал, наоборот, раздраженно отмахивается, светлячки оставляют на пластинах и коже черные пятна, раны не затягиваются, а еще сильнее краснеют, набухают.

В пещеру вбежал Тиморис.

— Я уже тут!

На повороте споткнулся, упал, но тут же вскочил, поправил шлем, уже пыхтит рядом с троицей, в кулаке сабля, морда вспотевшая, в песке, глаза как у вареной каракатицы.