Книга Холод, согрей, страница 142 – Олег Фомин

Хафал, тем временем, обрушивает на минотавра удар за ударом, дыры от рогов в туловище демона заросли, появилось новое жвало, губы в рычании дрожат вокруг полных рядов зубов.

— Я великий Хафал, Пожиратель Душ, сын Зараха!

Демон пнул минотавра в грудь, и тот разлетелся на куски в фейерверке лиловых искр, остались только ноги, из них торчит обломок хребта, ноги нелепо шагают назад, заваливаясь, пытаются удержаться...

Упали.

Тиморис провел успешную атаку, и кузнец выронил молот.

— Словил, костяная башка?! Так-то!

Кузнец вытащил из-за спины меч.

Череп с шеи резко слетел, как ядро из баллисты, оставив за собой фиолетовый хвост, засветил Тиморису в нос, тот запрокинул голову, фонтан крови, отшатнулся, чуть не сбив Велиру, схватился за рожу.

— Бесова мать!

Череп и безголовый скелет кузнеца с мечом кинулись в атаку. Теперь Тиморису приходится биться на два фронта, благо сабель две, воин сияет кровавой рожей, не имея возможности даже утереть. А вскоре зажил фиолетовой жизнью и молот, летает, пытаясь ударить. Воина убили бы, если бы не Камалия – она пробует усмирить молот, а с черепом начала войну неугомонная Жея.

Раздавленный гигантским ледяным алмазом гном почти собрался, его обломки, загоревшись фиолетом, кружат вихрем над полем битвы...

Тиморис перекинул через себя кузнеца, скелет упал далеко, а когда вскочил и развернулся, у воина над ладонями уже горит огненный шар размером с арбуз.

— Лови, чучело!

Он кинул шар в скелет, но ядро по пути стремительно уменьшилось, а перед самой грудью кузнеца взорвалось дымовой тучкой, раскатистый звук, похожий на гнусный смех.

Тиморис с досады взвыл, топнул, выплюнул ругательство, воткнутые в землю сабли вернулись в ладони...

Силисса повергла Велиру на камни, крыло замахнулось в добивающем ударе, но оборотня схватили клешни, разорвали, туловище и ноги с юбкой разлетелись далеко друг от друга. Но так и не коснулись земли – в лиловом пламени плавно замерли над землей, а затем начали вращаться вокруг Хафала и Велиры, как планеты вокруг солнца...

Камалии пришлось вернуться к битве с гномом, к ней присоединилась Леарит, минотавр закончил самосбор, а в гигантском ледяном кристалле со жрецом внутри уже появились белые щупальца трещин.

Пещера вновь затряслась, сталактит упал на Камалию, ее призрак погиб, но рядом появился новый, воздух исчерчен песчаными ручьями, что льются с потолка.

— Так не может длиться вечно, – сказал Эгорд.

Осмотрел туннель в потолке, прожженный коброй, затем участок земли прямо под туннелем. Ледяной поток из его ладоней ударил в этот клочок каменного ковра, и оттуда стремительно вырастает витая, как канат, колонна льда... Ее крона вонзила ветви в потолок, а из стен гигантской ледяной косы вытягиваются шипы, колонна похожа на стебель очень агрессивной розы.

— Тиморис, Велира, Хафал, лезьте вверх, сейчас все рухнет!

Тиморис, исполнив для кузнеца отвлекающий маневр, рванул к колонне.

— Давно пора!

Велира отступает нерешительно, оглядывается то на лестницу шипов, то на Хафала, тот бьется с Силиссой. Однако пробегающий мимо дочери Тиморис, сунув сабли в ножны, подхватил ее за локоть, оттащил с пути здоровенного камня, что рухнул секундой позже, и Велира побежала следом.

Тиморис ухватился за шипы, полез вверх как обезьяна с горящим хвостом, но Велира уже выше – ее подняла золотая летучая мышь, пиратка расцепила ее на сабли, долетев до ледяных ветвей, под самым туннелем. Спрыгнула на верхние шипы колонны, наблюдает за демоном.