Книга Холод, согрей, страница 141 – Олег Фомин

Камалия, сражаясь с гномом, увела его далеко, похоже на «кошки-мышки». Гном прыгает за ней, бьет топорами, а та либо ускользает, либо проходит сквозь него.

Тиморису приходится уклоняться от молота, тот рассекает по широкой дуге вдоль земли или падает сверху. Воин, исчезая с пути стальной плиты, угощает кузнеца пинками, ударами сабель и веселыми матерными словечками.

В какой-то момент даже прыгнул на спину, обхватил как обезьяна дерево, но кузнец подпрыгнул, перевернулся спиной к земле и рухнул, удар принял на себя Тиморис.

— Уй!!!

Его конечности распластались, глаза на миг закатились. Кузнец вскочил, развернулся, на Тимориса опять полетел молот, воин откатился...

Внимание Эгорда разрывается на куски, но он держит связь со стрекозами, обозревает битву с разных сторон, пытается помогать всем товарищам, отвлекать врагов. Стрекозы кидаются в бой, однако яд не может причинить вред и без того мертвым существам.

Альтеон, тем временем, уже летит в фиолетовом облаке над головами сражающихся, края одежд волнуются, отсвечивает знак солнца на груди. Жрец снижается в сторону Эгорда, целясь посохом.

Леарит с разворота рубанула двуручным мечом, с клинка сорвалась к жрецу белая режущая волна в виде серпа, Альтеон легко и изящно, без суеты, уклонился, но теперь посох уставился на Леарит.

— Эгорд, я задержу! – кричит она. – Сделай что-нибудь!

Меч внезапно вырвался из ее ладоней, словно против ее воли, и превратился в птицу, Жея развернулась к Альтеону.

— Жея, не смей! – крикнула Леарит.

Жея с криком протаранила плечо жреца, того слегка развернуло, он метнул вслед улетающей птице пару лучей, Жея ловко уклонилась в одну, затем в другую сторону.

Третий луч.

Птица в этот момент пролетела близко к земле, как раз за Силиссой, которая оседлала поверженную Велиру и замахнулась кистью для удара, луч попал в кисть, сжег ее. Это сбило с толку Силиссу, Велира столкнула ее с себя.

Эгорд сделал жест руками, будто бросил от себя охапку цветов, только вместо оных вырвался десяток снежных голубей. Эти кометы, петляя, полетели к жрецу, Эгорд взял их под контроль, ради этого даже пришлось разорвать связь со стрекозами. Снежные кометы окружили Альтеона, тот успел спрятаться в фиолетовый щит, но кометы не бьют – роятся как пчелы вокруг улья, сливаясь в белую сферу.

Треск – и мошкара снежных комет вмиг смерзлась в громадный кристалл!

Эта ледяная тюрьма полетела вниз, для пущей надежности Эгорд проморозил кристалл внутрь, к сердцевине, где заключен жрец – вряд ли это его уничтожит, но хоть задержит.

Под падающей глыбой льда – Камалия, на нее вот-вот набросится гном. Жрица-призрак запрокинула голову, вспышкой исчезла – появилась у гнома за спиной. Перехватив посох поперек себя, толкнула железного коротышку, тот, закачавшись, пробежал вперед, и ледяной кристалл рухнул прямо на него. Выбило волну фиолетовой силы, она раскидала топоры, череп, шлем, хребет, ребра, закованные в сталь кости рук и ног, скорлупки доспехов и прочие куски грома.

Тиморису и Велире – как бы врагам – приходится биться бок о бок, а кузнец и невеста ходят вокруг них, то и дело атакуя, отец и дочь бьют в ответ, но кости умертвий срастаются, возвращаются в скелеты.

— Твари недохнущие! – крикнула Велира.

— Само собой, – говорит Тиморис. – Они ведь уже дохлые!