Книга Смотритель Маяка 2, страница 31 – Сергей Шиленко, Артём Град

Ладно, хватит пялиться на себя, пора спуститься и узнать новости. Ребята наверняка будут слегка шокированы моими новыми глазами, но это справедливо, я бы и сам тоже охренел.

Закинув стекло в спальню на тумбу, я направился на кухню. Боцман перехватил меня у лестницы, и теперь шёл туда же, кто-то считал, что завтрак сам себя не подаст.

Инесс хлопотала у печи, перекладывая что-то в миске, и едва слышно напевала себе под нос какую-то мелодию. Каспар сидел за столом, сгорбившись над тарелкой, и неторопливо жевал рыбу с лепёшкой. Увидев меня, он замер, вилка застыла на полпути ко рту. Медленно, очень медленно его рука скользнула к поясу, под столом блеснуло лезвие ножа.

Инесс обернулась на звук моих шагов, её лицо в один миг сменило выражение на испуг. Она попятилась, прижав миску к груди.

— Что с тобой? Твои глаза… — пролепетала девушка.

Каспар не сводил с меня взгляда, его голос прозвучал с холодной мягкостью.

— Скажи, что ты не мертвец, сынок, не дай мне взять ещё один грех на душу.

Я выдохнул и, стараясь не делать резких движений, опустился на табурет напротив капитана.

— Убери нож, Каспар, не для того ты меня спасал, чтобы теперь зарезать.

Старик помолчал, сверля меня взглядом, потом также медленно положил нож рядом с тарелкой.

— Верю, — сказал он, — Но он пока полежит здесь.

Я кивнул. Справедливо. После того, что случилось с Марко, капитан имел полное право на осторожность.

— Думаю, нам есть что друг другу рассказать, — начал я.

Инесс, всё ещё бледная, тихо произнесла: — Марко… Он…

— Не стоит, — оборвал её Каспар. — Этот человек не стоит упоминаний. При жизни любил деньги, после смерти полюбил кристаллы. Прогулка по доске всегда заканчивается океаном.

Он помолчал, глядя в огонь свечи, и добавил уже мягче: — А с тобой что стряслось, Владимир?

Я перевёл взгляд на Инесс.

— Это не самая приятная часть, но… выбор у меня был небольшой, — пришлось показать им свою голливудскую улыбку.

— Раскусил кристалл… и проглотил.

Каспар нахмурился так, что брови сошлись в одну линию, Инесс ахнула и прижала ладонь ко рту.

— Думаю, что он продолжает работать, — сказал я, закрывая рот, — потому что зубы растут. Лечит меня или что-то вроде того, больше ничего не знаю, может, Мирель что-то подскажет. Кстати, а где она? И сколько я спал?

Инесс, справившись с собой, ответила первой: — Больше суток. Мы уже начали волноваться, что…

— Плохо дело. А Маяк?

— Я ухаживал за линзой, — спокойно ответил Каспар. — А Инесс следила, чтобы в топке всегда горел огонь. Мы тоже, знаешь ли, не хотели ни замерзнуть, ни кормить туман. Всё в порядке, сынок.

Что ж, хорошие новости, значит, эти люди — надёжный тыл.

— Спасибо, я ваш должник.

Старик только отмахнулся и вдруг впервые за весь разговор позволил себе лёгкую усмешку.

— А подруга твоя, шибко бойкая девица, забегала, да. Интересовалась твоим здоровьем. Я сказал, спит, восстанавливается. Она сказала, что ещё заглянет.

Я невольно улыбнулся. Каспар тем временем полез в карман камзола и выложил на стол четыре чёрных кристалла.

— Ты оставил, это твоё, сынок.

Чёрные слёзы достались мне дорого, и хотя начало положено, но четырёх мне мало. Предстояло собрать хотя бы десяток, зима ведь долгая.

Инесс поставила передо мной тарелку с лепёшкой и куском жареной рыбы. Я взял лепёшку, откусил стороной, где зубы уцелели, и, прожевав, спросил: — Инесс, а что там с нашим урожаем синих кристаллов?