Книга Полыхающий рассвет, страница 127 – Лисса Соллей

Они вышли на небольшую «лысинку», и Мэри застыла. Она пыталась быстро сообразить, куда же теперь, но из-за накатывающей паники совсем растерялась. В высоких кустах снизу послышался шорох, но вместо животинки на них смотрел ребёнок.

— Вы Хель?

Он ткнул в Альберта. Тот кивнул. Рыжий мальчишка вдруг заулыбался.

— Наставница сказала вас проводить!

— Салем? – Морганна наклонилась.

— Да, моя наставница! У нас раненый? – Он глянул на Нишанта. – Наставница подлечит! Идём!

И шумный малый нырнул обратно. Взрослым ничего не оставалось, как осторожно последовать за ним. Теперь гущи деревьев не было, и можно было разглядеть, как закат окрашивает небо в жгучие оттенки оранжевого и пурпурного, создавая странный контраст с холодными тенями этого леса. Сумеречные лучи бросали причудливые тени, превращая путь в настоящий лабиринт, полный угроз. На обветренных ветвях висели паутинки, искрящиеся от последних лучей солнца; в ряби между ними спрятались тихие существа, которые, казалось, наблюдали за каждым шагом.

Воздух наполнился влажным, терпким запахом гнилой древесины, а с приближением ночи местность начала наполняться звуками. То слабо доносился вой ветерка, то внезапный треск «прыгал» под ноги, то макушки гор как будто перешёптывались за спиной, иной раз вкрадчиво цокая, словно что-то наблюдали.

Иногда поскрипывали деревья, роняя тяжёлые ветви ещё ниже к земле. На поверхности их корней виднелись грибные язвы ярких мерзких цветов, иные из которых выглядели словно нарывы на коре. Чем ближе к основанию склона, тем больше редел лес, но гуще становилась тьма, поглощая всё вокруг. Они вышли на подножье и свернули в рощу, где по земле тут же венами расползлись мелкие ключи.

Последние лучи солнца окончательно покинули горизонт, окутывая рощу гнетущей тишиной. Жуткое ощущение надвигающейся ночи обволакивало, словно туман, отбивая любое стремление продвинуться дальше. Гора Баш на закате становилась не просто скалой – она превращалась в нечто живое, угрожающее и полное тайн, от которых упорно отталкивала чужаков.

Только сейчас впереди показались огни поселения. Маленькие домики спрятались по обе стороны тихой реки, накрытые сверху заботливым ущельем. Ночь окутала это место, создавая нежную вуаль, сплетённую из света и тени. Свет, пробивающийся из окон, походил на тёплое и мягкое кружево, создавал уютный контраст с темнотой ночи и холодностью горы.

Крыши, сложенные из тёмного дерева, покрывал мох. Каждый дом был украшен магическими символами, светящимися в полумраке, они мягко переливались различными цветами, как будто дышали и отвечали на магию окружающего мира. На богатых зелёных террасах цветы даже ночью источали нежный аромат, накрывая поселение лёгким цветочным туманом. Пускай лозы на стенах выдавали главенство природы, всё же их эстетическую красоту трудно было назвать нерукотворной.

Река Нех-Те, спустившая сюда свою косу и разделившая поселение пополам, тихо мурлыкала, продолжая путь на юг. Её воды, кристально чистые, отражали мерцающие огни, пуская по волнам волшебные узоры. Морганне сразу же вспомнилась северная примета – если на глади видишь белые лики, значит, здесь кто-то утонул. На символичных мостиках, переброшенных через изгибы, стояли фигуры чародеек. Их длинные лёгкие платья едва развевались вместе с волосами, словно сами они были частью воздуха, частью природы этого ущелья. На берегах горели редкие костры, вокруг которых ужинали остальные.