Книга Человек, который умирал семь раз, страница 102 – Ясухико Нисидзава

Короткое, но насыщенное мероприятие подошло к концу. Тетка Харуна с дочками, отвесив деду и тетке Котоно многочисленные поклоны, в приподнятом настроении отбыли домой. Семейство Оба в полном составе поместилось в машину Ёсио. Тот на банкете увлекся и выпил лишнего, поэтому было решено, что машину поведет мать.

Вот вернемся домой, думал я, и завтра (в настоящее завтра) утром я проснусь у себя дома. Длинное-длинное второе января наконец закончится. При этой мысли на меня накатила усталость. Беспокоиться больше не о чем. Убеждая себя в этом, я откинулся на спинку сиденья и попробовал расслабиться.

Но внутри меня почему-то не оставляло беспокойство. Не оставляло ощущение, будто я что-то забыл. Что-то очень важное. Но что я мог забыть?

Я слишком много об этом думаю. У меня получилось слишком долгое второе января (тем более я провел его в одиночестве, если можно так выразиться), вот нервы и разгулялись, убеждал себя я, но напрасно. Чувство тревоги не только не проходило, а, напротив, усиливалось. Звенел тревожный звоночек: что-то не так.

Машина тронулась. Дед и тетка Котоно вышли проводить нас. С ними была Киёко. Я смотрел, как они машут нам руками, и тут внутри как бы что-то щелкнуло. Я понял причину не отпускавшего меня беспокойства.

Вот что меня не оставляло!

А где Мунаката?

Я проснулся в нашем доме, доме семьи Оба, в своей комнате. Знакомый до последней черточки потолок, казалось, смотрел на меня с ласковой улыбкой: «Добро пожаловать домой!» Несколько минут я ворочался в постели, предаваясь ощущению настоящего нового дня. Все кончилось. Провалившееся в дыру во времени второе января миновало. Наконец-то наступило третье.

Но спустя короткое время в голову снова закралась тревога. Конечно, второе января уже позади. Это факт. Но насколько хороша оказалась моя «финальная версия»? Когда мы уезжали из дома Футигами, дед вышел нас проводить, что было для него нетипично. Он определенно был жив, улыбался, махал рукой, как и положено живому. Все было в порядке. Корректировка прошла как надо. Я ничего не упустил. По крайней мере, не должен был упустить.

При этом Мунаката по-прежнему не выходил у меня из головы. Я никак не мог от него избавиться. Оригинальная версия второго января. Когда мы садились в машину, чтобы ехать домой, у парадного входа нам повстречался тот самый дедов адвокат. Человек в сером костюме. В тот день он должен был посетить дом Футигами. Дед сам так сказал. Он попросил Мунакату приехать и забрать готовое завещание. Документ, однако, дед не подготовил и, чтобы не отправлять адвоката с пустыми руками, попросил его разобраться с другими бумагами. Завещание не было готово, и юристу пришлось заняться дополнительной работой, на которую он совсем не рассчитывал. Видимо, из-за этого он был хмур (хотя, может, он всегда так выглядел). Его угрюмая физиономия стояла у меня перед глазами.

Короче говоря, второго января Мунаката должен был провести в усадьбе Футигами почти целый день. Однако на заключительном круге, когда дед объявил Руну и Фудзитаку своими преемниками, в большом зале адвоката не оказалось. На последовавшем застолье его, разумеется, тоже не было. Не видели его и когда мы покидали дом Футигами. Что это могло значить?