Книга Черная Бетти, страница 55 – Уолтер Мосли

— Может быть, белых людей вы, мистер Роулинз, и не одолеете. Этого я не знаю. Но Кловис представляет «Фридом траст» от имени компании «Недвижимость эсквайер». А эта компания принадлежит мне. Если вы поможете мне вернуть ее, получите, по крайней мере, часть выручки, на которую претендует Кловис. Хотя бы это.

В течение многих лет мы проводили подобные совещания в узком кругу. Многие годы я ловчил, двигал на первый план Мофасса, представлял его владельцем всей моей недвижимости, шел на это, потому что он пользовался неоспоримым авторитетом среди негритянского населения. Мне было далеко до него. Усвоенная в детстве логика никогда меня не подводила.

Если человек носит золотые цепочки, то рано или поздно его обязательно кто-нибудь стукнет по башке. Если он окажется богатым, бабы непременно затянут его к себе в кровать, а через девять месяцев потребуют алименты, а то и обратятся в суд. А если деньги завелись у женщины, мужчина будет колотить ее до тех пор, пока она не отдаст их ему.

Квартал, где я вырос, был для меня родным домом. Жившие там люди ничем не отличались от меня и заботились обо мне. Я знал, что жизнь тяжела, и если кто-то воровал что-то у меня, то только потому, что он голоден и другого способа добыть пропитание у него нет. А еще есть люди, которые норовят сбить тебя с ног, просто чтобы посмотреть, как ты брякнешься. И их не останавливает даже возможность самим пострадать при этом. Они будут злорадствовать по поводу твоих неудач, даже если ты поделишься с ними последним куском хлеба.

— Вы поможете мне вернуть то, что принадлежит мне по праву, а я возвращу вам все, что намеревалась забрать у вас Кловис, – предложил Мофасс.

— Да, конечно. Но на этот раз мы поменяемся ролями, Мофасс. Представлять «Эсквайер» буду теперь я. Вы передадите мне полномочия на ведение переговоров с этими людьми.

Он удивился:

— Вот как? А мне показалось, вы предпочитаете оставаться в тени, мистер Роулинз.

— Ну, думаю, пришла пора отбросить застенчивость. – Я подумал о моей бывшей жене Регине. Она ушла от меня, потому что я не был с ней откровенным и словом не обмолвился о моей собственности, о том, где я достаю деньги. Я не мог довериться ей целиком, и наша любовь умерла.

— Идет, мистер Роулинз. Вы поможете мне, а я позволю вам командовать парадом на Фридом-Плаза. Да и вообще, я не могу больше бегать по городу, как бывало, вы же знаете.

Я кивнул, и мы пожали друг другу руки.

— А что мы будем делать с девушкой?

— Что вы имеете в виду?

— Я не собираюсь помогать вам в организации узаконенного изнасилования.

— Мне не нравится, что вы говорите, мистер Роулинз. Джуэлл привязалась ко мне, потому что я хорошо отношусь к ней. А они все третируют ее, поэтому, видя их хамское отношение, она сочувствует мне.

— Сочувствие – единственное, что она испытывает к вам?

— Старина, что вы собираетесь делать?

Я толком ничего не понял. Возможно, он имеет в виду то, что нас формирует окружающий мир, и мы делаем то, что положено. Он оказался заточенным в собственном доме. И у него возникла проблема с Джуэлл.

— Если я пристрою девушку куда-нибудь, там она и останется. По крайней мере, до тех пор, пока ей не исполнится восемнадцать лет или пока она не пожелает вернуться в свою семью.

— Конечно, ей нужен дом.