Книга Подземный бой, страница 37 – Александр Тамоников

Словом, помощи от советчиков в последние дни было мало. После долгих и мучительных раздумий Форд, как и подобает верховному главнокомандующему, принял непростое решение — продолжить реализацию плана Стилвелла, с той коррективой, что в случае огня по лесорубам генерал обязан немедленно отвести людей назад и начать артобстрел северокорейских казарм, а затем быть готовым к неизбежному ответному артобстрелу со стороны КНДР. Что-то подсказывало президенту, что северокорейцы при всей готовности играть в кровавую игру, скорее всего, оставят вырубку дерева без ответной реакции. Помимо решения о принятии или отклонении плана Стилвелла, на Форда повесили заодно и окончательное решение об уведомлении северокорейцев. «Хватит с нас, один раз попытались обрезать дерево без уведомления», — подумал в тот момент президент и, отсылая бюрократов к Закону о военных полномочиях, напомнил, что уведомление станет лучшим проявлением американской доблести.

— Насколько я знаю, твой соперник Джимми Картер горячо убежден, что «инцидент с топором» ты организовал, дабы навредить ему, — вдруг заметил Буш.

— О чем ты, Джордж?

— Мой человек из штаба избирательной кампании Картера разнюхал, что Джимми уверовал, будто корейскую заварушку ты устроил намеренно, чтобы на фоне международного скандала его фигура выглядела некрасиво. Этакий трюк, дабы обойти претендента на выборах.

— Неужели он и впрямь настолько глуп?

— Потомок фермеров, а ты чего хотел? Его предки растили арахис. Этому парню стоит оставаться в губернаторах, там его знание «реднеков» пригодилось бы куда больше.

Остальные, притихнув, слушали диалог Буша и Форда. В их присутствии позволительно было произносить такие слова, как «реднеки», то есть красношейные, — прозвище рабочего люда, тех, кто вкалывает на заводах, фермах и в автомастерских.

— Не ожидал от него, — недовольным тоном произнес президент. — Мне Джимми казался парнем башковитым. Он сколотил недурную команду. Один Збиг Бжезинский чего стоит, этого типа переманить бы на нашу сторону. Уверен, он пригодился бы Гарри.

Киссинджер издал деликатное «кхе-кхе», которое могло означать что угодно.

— Впрочем, какое нам дело до того, что там нафантазировал себе Джимми Картер? — спросил вдруг Форд. — Не ему жаловаться, он уверенно обходит меня в гонке, и с самого начала было ясно, что единственный достойный конкурент ему — наш Ронни. Увы, Ронни проиграл праймериз.

Действительно, на предварительных выборах внутри партии Рональд Рейган, энергичный и харизматичный, почему-то уступил Джеральду Форду, отчего последнего пришлось выдвинуть в кандидаты на президентское кресло. Не повезло республиканцам. Изначально было очевидно, что шансы на победу у Форда невелики. Он и первый-то раз сделался президентом волею случая — лишь потому, что Никсону объявили импичмент и кем-то надо было заткнуть образовавшееся пустое место. После пошатнувшего американскую демократию Уотергейта вице-президент Джеральд Форд сделался единственным за двухвековую историю США президентом, которого назначили, а не избирали всенародно.

Но дело даже не в назначении, конечно же. За Форда не станут голосовать, поскольку его имя тесно связано с громким политическим скандалом, в котором оказался замешан Никсон. Народ не простит, что Форд помиловал своего предшественника за совершенные им преступления, спустил расследование Уотергейтского дела на тормозах. Кроме того, имя Форда связано с Вьетнамской войной. Неважно, какие усилия приложил он в попытках исправить ошибки, допущенные Штатами в Индокитае. Новый президент вывел американские войска из Вьетнама, запретил оказывать помощь Сайгону, объявил амнистию в обмен на двухлетнюю службу для уклонистов и дезертиров. Но кто об этом вспомнит?