Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
Кощей долбанул посохом об землю и, приподняв полу плаща, закрыл Василисе недостойные её глаз виды. А вот Марена сполна насладилась зрелищем: голый пузатый старик с тонкими волосатыми ножками и смешным стручком между ними. Бородёнка так и прыгает. И сокрушительным пониманием. Этот старый дурак и есть Гордей Грозный! «И я надеялась, что этот шут гороховый может повлиять на Кощея?» Марена едва не застонала. «Я погибла! Меня никто не спасёт!» Наконец свинья сбросила Гордея. Пьяная толпа хохотала. Царь упал мешком к ногам Кощея, забрызгав его сапоги грязью. По бледному лицу бессмертного пробежала тень. Он брезгливо отодвинулся. Неизвестно откуда взявшийся Пятушка упал на дорогу и своим рукавом протёр испачканные сапоги Кощея. — Вот, ваше бессмертие. Смотрите, опять как новые, — приговаривал он. — Ох… — Гордей ухватился за ушибленный бок, крича весёлой толпе: — Хватай её, пока не убегла! Ты ж, остолоп… Хватай свинью! Да кто ж так… Да где же вас таких слабоумных берут? Руки у тебя из жопы, Куратов! Рослый, крупный, бородатый мужик в мехах ринулся было за свиньёй, да рухнул мордой в грязь. Толпа загоготала ещё громче. А от толпы отделился другой красномордый здоровяк и ринулся в погоню. Но свинья, прижатая к забору, опустила голову, как бык. Глаза её налились дурной кровью, и она двинулась прямо на преследователя. Барин сначала стойко держался: расставил ноги шире плеч, поднял руки с растопыренными пальцами — точно собирался брать свинью голыми руками. А потом трусливо побежал, когда стало ясно, что свинья собирается вспахать его клыками, как плугом. Толпа уже давилась гоготом. — А ты что ж, Малюта, варежку открыл? Как же ты моё царство охраняешь, если свинью поймать не можешь? А, Костей! — Гордей поднял голову и собрал глаза в кучу. — Покажи им, как дела делаются, поймай мне свинью! Кощей брезгливо дёрнул уголком рта, но под внимательными взглядами бояр элегантным движением засучил рукава чёрного кафтана. Худые, бледные, но жилистые руки оказались обнажены до локтей. Марена почему-то почувствовала неловкость, точно он стоит перед ней голый от макушки до пяток. Что ж… он серьёзно собирается её ловить? Кощей взмахнул рукой, как художник кистью, — свинья рухнула, как срубленная. Взвизгнула, взрыхлила копытами землю и стала таять, усыхать на глазах, превращаясь в давнюю падаль — скелет, обтянутый кожей. Он испил её жизненный сок, как вино из бокала. И холодно улыбнулся, разглядывая труп зверя. Глаза его сыто заблестели. Смех стих. Красные лица посерели. Кто-то перегнулся через низкий забор и заблевал сапоги. Гордей облизнул пересохшие губы, его улыбка превратилась в болезненную гримасу. — Ты что сделал, Костей? Я её даже на свадьбу дочери не зарезал. Она мне, как… друг была. Как… — Теперь она больше не бегает, — холодно сказал Кощей, расправляя рукава. — Ой, Васенька! — Гордей нашёл глазами свою дочь. — Красавица моя! А что ж… зачем ты… — он забегал глазами по двору, прикрываясь рукой. — Одежду мне! Вы что не видите, паскуды, дочь ко мне приехала?! Губы Василисы задрожали. — Васенька… — снова протянул Гордей, но царевна уже бежала прочь. Кощей последовал за ней, отстукивая дорогу посохом. Пятушка и Марена тоже поспешили следом, как и процессия гридней. Никто дозволения царя спрашивать не собирался. |