Книга Второе замужество миссис Каммингс, страница 40 – Полина Сутягина

Днем я вернулся к кусту камелии и просидел там некоторое время, размышляя о том, как сложилась та часть моей жизни, когда я еще мог все чувствовать, прикасаться, говорить… Какие-то ощущения – они как воздух – совершенно не замечаешь, когда они у тебя есть.

Я услышал шаги и звук прикосновения к стеклу – это была не птица, случайно не распознавшая стены в стеклянной поверхности, – из зазеркалья внешнего мира на меня взирали сапфировые глаза. Я долго не мог отвести взгляда, пораженный этим неожиданным появлением, словно призраком была она, пригрезившимся мне в помутневшем стекле оранжерейный стены.

Когда она вошла, то заговорила об этом здании. Я тоже огляделся и мысленно согласился с ней, но все равно не мог ей ничего ни сказать, ни рассказать, отчего это место пришло в упадок. И вдруг она вызвалась на роль садовника! Это произошло так внезапно, что я охотно предоставил ей все, что требовалось, и принялся с интересом наблюдать за ее активностью, помогая по мере своих призрачных возможностей. К вечеру это место стало оживать. Я зажег лампы под потолком, оказывается, это все еще было возможно. И в их свете на контрасте с темнотой парка стекло превратилось в зеркало. В его поверхности мы оба видели два силуэта, будто и правда были оба во плоти подле друг друга, мирно работая в оранжерее, словно члены одной семьи.

Я помог ей найти еще живые луковицы первоцветов, которые мать умела пробуждать к жизни даже зимой. Люсия перебирала их в ладонях, и я прикоснулся к ее руке, как бы говоря – давай посадим их вместе. Так мы и поступили. Потом она ушла, а я вернулся в оранжерею и занялся тем, что давно уже должен был сделать рачительный хозяин – восстановлением стен и сводов.

Как если бы растрескивание льда на реке повернулось вспять, так срасталось стекло на сводах оранжереи. Обладая физической силой и отменным здоровьем, я не представлял раньше, что человек может быть способен на такое. Не знаю, пробудило ли эту силу во мне общество Клер, или это стало обратной стороной проклятья нашей связи, но замок в разной степени был подвластен мне. Я редко использовал это, и мало понимал, как оно работает, однако в этот момент, когда Люсия ушла, я четко понял, что и как нужно сделать. Ее созидательная деятельность оказалась заразной, мне хотелось продолжать. И если ее рукам были доступны земля и живые существа в ней, то моей силе – камень, металл и стекло.

Когда я завершил, уже была глубокая ночь, и мне захотелось покинуть свое крыло. Вдруг я почувствовал вдохновение, и впервые за многие годы, опустившись за рояль, я начал снова сочинять…

+++

Через тяжелый занавес сна, который упорно не хотел укрывать меня этой ночью, мне слышались смутные звуки музыки. Клер спала рядом. Неужели Люсию потянуло практиковаться среди ночи? Видимо, это был лишь сон, навеянный плохим ужином и размышлениями о странных бумагах, найденных в кабинете.

Утром Люсия снова опаздывала к завтраку, и я решил воспользоваться этим, чтобы вновь поднять интересующую меня тему с Клер.

— Дорогая, вчера я прошелся по замку в поиске слуг. Меня немного удивляет их полная незаметность.

— Дорогой, это одно из важных качеств хорошего слуги. Если тебе что-то нужно, просто скажи мне – я позабочусь об этом.