Книга Боевой офицер в брачном агенстве: за сбежавших мужей ответственность не несём, страница 30 – Марьяша Ришелье

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я, не поднимая глаз от конверта с подозрительно алыми разводами. Кажется, кто-то из клиентов использовал кровь вместо чернил. Или вино. Или... лучше не думать.

— Лучше, — она улыбнулась. — Ваш чай с мёдом творит чудеса. И плед. И то, что вы прогнали Альфреда.

— Он возвращался?

— Нет. Но под дверью я нашла сонет. Называется «Прощание с музой, или Ода суровому рыжему стражу». Хотите почитать?

— Сожги, — коротко ответил я. — И внеси в список: «Альфред Трубадур — пожизненный чёрный список». Без права апелляции.

Эмили хихикнула и что-то записала в блокнот. Я вернулся к почте. Счёт за разбитую посуду в «Золотом блюде (спасибо, полуволк и нимфа). Счёт за починку двери (спасибо, орчиха). Открытка от сестры — «Как дела? Целую, не скучайте!» Я злобно смял открытку и швырнул в урну. Не скучаем. У нас тут веселее, чем на поле боя.

А потом дверь распахнулась.

Нет, не так. Дверь РАСПАХНУЛАСЬ. С той же энергией, с какой орчиха её выносила, только на этот раз обошлось без жертв — петли выдержали. В офис ворвался он.

Высокий. Темноволосый. С лицом, которое, кажется, никогда не знало сомнений, и глазами, горящими тем особенным огнём, который я научился распознавать за время работы. Это был огонь клиента. Причём клиента с большими, даже огромными запросами.

Одет он был в дорогой бархатный камзол с золотым шитьём. На пальцах сверкали перстни. На шее болталась цепь толщиной с мой большой палец. От него пахло мускусом и деньгами. Очень большими деньгами. Такими, которые могут позволить человеку войти в брачное агентство и сказать то, что он сказал.

— Мне нужен гарем!

В кабинете повисла тишина. Я медленно отложил конверт с кровавыми разводами. Эмили замерла с анкетой в руках. Мы переглянулись. В её глазах читалось: «Это серьёзно?» В моих: «Похоже, что да».

— Простите? — я решил дать ему шанс передумать.

— Гарем! — повторил он, шагая к моему столу и плюхаясь на стул для посетителей. Стул жалобно скрипнул. — Большой. Красивый. Разнообразный. Чтобы блондинки, брюнетки, рыжие — весь спектр. И чтобы не ссорились. И чтобы любили меня. Одновременно. И желательно — по расписанию.

Эмили поперхнулась воздухом. Я постучал пальцами по столу.

— Уважаемый... эм...

— Герцог Монтесума! — представился он, взмахнув рукой так, что перстни брызнули солнечными зайчиками. — Из Южных Пределов. У меня три замка, две плантации и один маленький, но очень доходный золотой рудник. Я могу позволить себе любую женщину. И я хочу их всех.

— Всех? — уточнил я.

— В разумных пределах, — поправился герцог. — Ну, скажем, для начала — пять. Или шесть. Или семь. Семь — хорошее число. Магическое.

— Семь жён, — медленно произнесла Эмили, записывая. — Блондинка, брюнетка, рыжая... простите, а шатенка?

— Шатенка — обязательно! — герцог просиял. — Вижу, вы профессионал!

— Итого: блондинка, брюнетка, рыжая, шатенка, — Эмили загибала пальцы. — Это четыре. Ещё три?

— Эльфийка, — начал перечислять герцог, загибая свои унизанные перстнями пальцы. — Обязательно эльфийка. Светлая. Чтобы волосы до колен и голос как серебряный колокольчик. Драконица — ну, знаете, чтобы с огоньком. В прямом смысле. Нимфа — чтобы пела в саду и купалась в фонтане.

— Драконицу? — переспросил я. — Вы понимаете, что драконицы — они... эм... территориальные? И ревнивые? И дышат огнём, когда злятся?