Книга Тарский горячий твой, страница 48 – Хельга Дюран

— Юля, ты же раньше гадала людям на картах таро?

Я даже не сразу понял, что именно меня в этом вопросе зацепило. Может, интонация. Может, момент. Может, то, как она сказала «раньше», будто выкапывает что-то постыдное, давно забытое, то, что нормальный человек скрывает.

Юля замерла. Это было заметно. Рука с салфеткой остановилась на секунду, плечи чуть напряглись. Но я это увидел, потому что уже привык за ней наблюдать. Потому что за это время выучил каждое её движение, каждый вздох, каждую паузу.

— Что? — спокойно спросила она.

Ира вежливо улыбнулась.

— Ты сама рассказывала. Про карты, про клиентов, про то, как люди приходят к тебе за ответами. Мне показалось это интересным.

Я перевёл взгляд с одной на другую. Внутри что-то неприятно кольнуло.

— Это правда?

Юля посмотрела на меня.

И вот этот взгляд… Испуганный, виноватый, затравленный, немного раздражённый. Как будто её разоблачили, поймали на лжи, вытащили наружу что-то личное, что она не собиралась выносить на общий свет.

— Да, — сказала она. — Гадала.

— Серьёзно? — я нахмурился. — Типа… предсказывала людям будущее?

— Типа того, — пожала плечами она. — Люди сами хотят верить. Я просто давала им картинку, за которую можно зацепиться.

— А мне? Мне погадаешь? — заинтересовался я.

— Нет. Я больше этим не занимаюсь.

Ирина тихо вздохнула. Вздох был такой… сочувственный. Как у взрослого, который смотрит на наивного ребёнка.

— И слава богу, что ты этим не занимаешься. Я просто подумала… — она повернулась ко мне, — тебя это устраивает? Человек, который… ну… зарабатывал на доверии людей таким образом? Всё-таки это… не самая честная профессия.

Вот теперь стало неприятно по-настоящему. Не из-за того, что Юля гадала. Чёрт с ним. У каждого свои способы выживать. Я видел в своей жизни такое, что карты Таро кажутся детской игрой. А из-за того, как Ирина это подала.

Аккуратно. Красиво. С улыбкой, которая должна была означать «я беспокоюсь о тебе, Ваня». Но в воздухе сразу повисло слово. Не произнесённое, но такое отчётливое, будто она его прокричала.

Мошенница.

— Юля работает очень хорошо, — сказал я, и мой голос прозвучал жёстко.

— Я не спорю, — мягко ответила Ирина. — Просто… странно, что ты не знал. Живёте в одном доме, а она скрывала.

Юля усмехнулась. Коротко. Сухо.

— А вы всё про меня знаете?

— Нет, — спокойно сказала Ирина. — Но я не скрываю, чем зарабатывала.

— Да ну? — тихо бросила Юля. И в этом «да ну» было столько невысказанного, что воздух между ними снова натянулся, как струна.

Я почувствовал это. Физически. Как напряжение перед грозой. Как запах озона в воздухе.

— Хватит, — сказал я. — Мы не на допросе.

Юля посмотрела на меня.

И в её взгляде мелькнуло что-то новое. Не обида. Не злость. Разочарование. Такое тихое, глубокое, от которого становится стыдно, даже если ты не понимаешь, в чём виноват.

Она кивнула.

— Как скажете.

Развернулась и вышла. Бесшумно. Даже половицы не скрипнули.

Я проводил её взглядом. Дольше, чем следовало. И внутри осталось неприятное, липкое ощущение. Как будто что-то треснуло. Не сломалось, но уже не было цельным. Как будто я предал Юлю.

Ира взяла меня за руку.

— Я просто волнуюсь за тебя, Ваня. Ты слишком доверчивый.

Я кивнул. Не глядя на неё.

Тогда она решила зайти с другой стороны.