Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 84 – Саша Вельская

— А ты?

— Еду к вам.

Берестов отправил двух сотрудников.

Мы с Тамарой Леонидовной помчались следом.

На полпути позвонила воспитательница из сада.

— Вера Андреевна, у нас мужчина спрашивает, почему дети не пришли.

— Какой мужчина?

— Представился новым водителем Романа Сергеевича.

— Не сообщайте ничего.

— Я уже сказала, что они дома.

Сердце провалилось.

— Он спросил адрес?

— Я не дала.

— Опишите.

— Высокий, в серой куртке. Примерно сорок лет. На щеке шрам.

Я переслала описание Берестову.

Он ответил:

«Похож на Дениса Шатова. Машина объявлена в розыск».

Человек из квартиры напротив.

Он искал детей.

К дому мамы мы подъехали одновременно с сотрудниками.

Валентина Павловна уже стояла у входа, вооружённая шваброй.

— Какой-то тип ходил вокруг подъезда, — сообщила она. — Я спросила, к кому. Сказал, сантехник. Но я всех сантехников знаю.

— Где он?

— Уехал на белой машине.

Сотрудник записал номер, который консьержка успела запомнить.

Мы поднялись.

Дети собирали пазл.

Мама стояла у окна.

— Внизу всё спокойно, — сказала она.

— Собирайтесь.

— Куда?

— В другое место.

— Опять?

Соня услышала.

— Мы снова едем?

Я присела рядом.

— Да.

— Я не хочу.

— Знаю.

— Ты всё время говоришь, что знаешь, но всё равно делаешь.

Мне нечем было ответить.

Миша встал между нами.

— Папа нас ищет?

— Возможно.

— Не говори это слово! — закричала Соня.

Она швырнула деталь пазла.

— Я ненавижу «возможно»! Ненавижу гостиницу! Ненавижу папу! Ненавижу тебя!

Дочь убежала в комнату.

Я не пошла сразу.

Сидела на полу и смотрела на разбросанные детали.

Миша поднял одну.

— Она тебя не ненавидит.

— Знаю.

— Папу, наверное, тоже.

— Наверное.

— А я не знаю, кого ненавижу.

Он положил кусочек пазла на место.

— Можно никого?

Я обняла его.

— Можно.

Через несколько минут вышла Соня.

Лицо опухло от слёз.

— Я соврала, — сказала она.

— О чём?

— Я тебя не ненавижу.

— Я знаю.

— А папу немножко.

— Ты можешь сердиться.

— Он нас любит?

Я посмотрела на неё.

Этот вопрос звучал во всех наших разговорах, даже когда дети не произносили его.

— Думаю, любит.

— Тогда почему мы от него прячемся?

Потому что любовь без уважения превращается в право владеть.

Но ей было пять.

— Потому что папа сейчас делает неправильные вещи и не слышит слово «нет».

— Как Миша, когда забирает мои игрушки?

— Только взрослые ошибки бывают опаснее.

Соня обняла зайца.

— Он станет хорошим?

Я не хотела снова обещать за Романа.

— Это зависит от него.

Мы собрали вещи.

Сотрудники должны были отвезти нас в другой охраняемый объект.

Я спустилась первой.

Во дворе стоял Артём.

Не знаю, кто ему сообщил. Возможно, мама.

Он подошёл.

— Всё нормально?

— Нет.

— Дети?

— Целы.

— Куда вас везут?

— Не могу сказать.

— Хорошо.

— Ты даже не спросишь?

— Спросил. Ты не можешь ответить.

Я посмотрела на его лицо с пластырем на виске.

— Роман исчез.

— Найдут.

— А если он рядом?

— Тогда пусть знает: ты не одна.

— Ты не можешь поехать.

— Я понимаю.

— И приходить нельзя.

— Понимаю.

— Артём…

Он прикоснулся к моим пальцам.

На виду у сотрудников, мамы, детей.

— Не прощаюсь.

Миша подбежал к нему.

— Ты будешь охранять наш дом?

Артём присел.

— Буду.

— Даже если мы не там?

— Особенно тогда.

Сын обнял его.

Я увидела, как Артём закрыл глаза.

На одно мгновение.

Будто маленькие руки причинили боль и одновременно позволили дышать.