Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 82 – Саша Вельская

За сына, который повторял просьбу сестры.

— Я обещаю, что скоро заберу вас, — сказал Роман.

Тамара Леонидовна сразу вмешалась:

— Роман Сергеевич, вы не вправе обещать детям смену места пребывания.

— Я сказал, что заберу на встречу.

— Вы этого не уточнили.

— Дети меня понимают.

— Нет, — тихо сказал Миша. — Я не понимаю.

Он вернул телефон мне и ушёл в ванную.

Разговор закончился.

Через минуту пришло сообщение Романа:

«Ты довела их до состояния, в котором они боятся собственного отца».

Я не ответила.

Тамара Леонидовна сделала снимок экрана.

— Он будет использовать разговор завтра.

— Пусть.

— Хорошо.

— Почему?

— Потому что теперь на записи есть его обещание «забрать» детей после появления угрозы похищения.

Я посмотрела на дверь ванной.

— Для него это материал. Для Миши — жизнь.

— Я знаю.

— Иногда мне кажется, что мы тоже используем их слова.

— Мы фиксируем то, что им причиняет вред.

— Разница тонкая.

— Поэтому не задаём им нужных вопросов.

Она собрала документы.

— Сегодня постарайтесь поспать.

— А диск?

— Берестов обещал результаты к утру.

— Если там действительно план?

— Тогда завтра всё изменится.

— В нашу пользу?

Тамара Леонидовна надела пальто.

— Не обязательно. Но изменится.

Ночью в гостинице сработала пожарная сигнализация.

Я проснулась от резкого звука.

В коридоре кричали.

Соня заплакала, Миша вскочил с кровати.

Я накинула халат, схватила документы и вывела детей.

Охранник направлял всех к лестнице.

— Что случилось?

— Дым на первом этаже.

Мы спустились во двор.

Люди стояли на морозе в пижамах и куртках.

Я обняла детей с двух сторон.

Через несколько минут сотрудник сообщил, что тревога ложная: кто-то активировал датчик вручную.

В этот момент я увидела автомобиль за оградой.

Чёрный.

Он стоял без света.

Когда я повернула голову, машина тронулась.

— Мам, мне холодно, — сказала Соня.

Я укутала её в свою куртку.

Телефон завибрировал.

Неизвестный номер.

«Теперь он знает гостиницу».

Я посмотрела на ограду.

Там уже никого не было.

Утром Роман не явился в суд.

Это было настолько на него не похоже, что я сразу почувствовала опасность.

Павел Громов сидел один. Перед ним лежала аккуратная папка, рядом — телефон.

— Где ваш доверитель? — спросила судья.

— Срочная деловая поездка.

— Он уведомлён о характере заявления?

— Да.

— Почему не подключился дистанционно?

— Технические сложности.

Тамара Леонидовна наклонилась ко мне.

— Он что-то делает.

Я кивнула.

В животе стало холодно.

Судья начала рассматривать ходатайство об изменении временного порядка общения. Тамара Леонидовна представила заключение психолога, сообщения, протоколы полиции, данные о незаконном наблюдении и проникновении.

Павел возражал.

— Ни один материал не подтверждает причастность отца. Напротив, мать использует каждый неизвестный эпизод, чтобы лишить детей общения с Романом Сергеевичем.

— Он знал о травме Лаврова до сообщения подробностей, — сказала Тамара Леонидовна.

— Из контекста следовало, что в квартире находился мужчина.

— Не следовало.

— Это оценочное суждение.

— Как и заявление о материнской нестабильности.

Судья попросила не спорить.

Затем представитель прокуратуры передал информацию о начале проверки по материалам исчезновения Евгения Соколова и возможной незаконной слежки.