Онлайн книга «Фиалковое сердце Питбуля»
|
Всю дорогу Маня крутилась на сиденье, не находя себе места. Складывалось ощущение, что она напрочь забыла и затопленной квартире, и о ноутбуке, и о том, что сама уговорила Назара никуда не переезжать. Последнему я и сама радовалась. Да, радовалась, но никак не могла себе представить Маню, стесняющуюся всех и вся, в квартире с незнакомым парнем. Нет, она, конечно, уже успела удивить меня вчера своей прорезавшиеся болтливостью. Миша, как две капли воды, подходивший под описание охранников в клубе, где работала подруга, внезапно ее не пугал. Маня не утыкалась взглядом в пол на его вопросы, а умудрялась отвечать, будто знает Мишу лет двести, сама сыпала вопросами – один из которых звучал очень часто и недвусмысленно намекал научить кое-кого водить машину, но это ещё пол беды. На подколки про Малую Маня в ответ врубала режим хомячка-берсерка, подкалывая хохочущего «громзиллу» так, что у меня глаза лезли на лоб и дважды отвисала челюсть. А оказавшись в квартире Назара, мне захотелось встряхнуть подругу и спросить где, блин, Манька? Летающее то туда, то сюда визжащее от восторга чудо могло быть кем угодно и даже инопланетянином – я бы в это поверила быстрее, – но точно не той Машей Хвостовой, которую знала. Единственное в чем Манька себе не изменила – это зависнуть у раскрытого холодильника, а потом, хмыкнув, состряпать себе четырёхэтажный бутерброд. — Назар, может мы все же… – начала я подбирать слова, понимая как со стороны может выглядеть подобное поведение, но Назар только отрицательно помотал головой и нарочито громко спросил: — Эва, а Маня точно умеет готовить? — Ч-чи-во-о!? – поперхнулась Манька. Отложив на тарелку остатки бутерброда, уперла кулачки в бока и поинтересовалась, – Эв, а ты не знаешь, где в этом доме кастрюли и фартук? Я тут кое-кому такой восторг живота устрою, что потом на коленях за мной будет ползать и умолять о добавке! — Эвридика Васильевна, будьте добры, передайте нашей чудесной гостье, что фартук она найдет в крайнем левом шкафу, а кастрюли в соседнем, – сдерживая улыбку, подсказал Назар. – Я не сторонник ползать на коленях, тем более за еду, но под мясо или рыбу, которые можно найти в холодильнике, с удовольствием открою бутылочку вина, а на десерт закажу пломбир. — С шоколадной крошкой? – прошептала Манька, хлопнула ресницами на выдохе и застыла. — На верхней полке в дверце холодильника совершенно случайно завалялась плитка. Не самый лучший, но думаю для пломбира подойдёт. Маня тут же рванула проверять холодильник на наличие пропущенной шоколадки и судя по радостному визгу и последующему суетливому бряканью посуды она там действительно была. — У тебя очень интересная подруга, – улыбнулся Назар. — Я сама в шоке. Больше от «нашей гостьи», чем от подруги. Два слова, вроде бы шуточное обращение, а я ловлю на себе два взгляда. Один хитрющий и радостный, а второй… Нет, так нельзя смотреть. Такие взгляды по-хорошему стоит запретить. Всем, и тем более Назару. Я не могу понять чего в этом взгляде больше: нежности, восхищения, восторга, трепета… Его нельзя разложить на составляющие, описать или повторить. Этот взгляд можно лишь чувствовать. Кожей, запнувшимся сердцем, кончиками пальцев. — Пойдем, Эва, покажу вашу с Маней комнату. Комната… |