Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 150 – Лана Муар

Сунув телефон в задний карман брюк, Назар повернулся к вышедшему из подъезда не менее промокшему Мише, стянул через голову футболку и, отжав ее, натянул обратно. Несколько секунд, а у меня пересохло в горле. Я поймала себя на мысли, что хочу прикоснуться к его плечам, прижаться к спине и постоять так, впитывая тепло и запах его кожи. Может, осмелев, скользнуть пальцами по талии, провести ими по кубикам пресса – не видела их, но смогла догадаться, что спереди мышцы будут не менее рельефными, чем на спине. А смогла бы? Подойти и сделать вот так? Не застыть, краснея от стыда, а обнять и… Вряд ли. Я хотела этого, безумно хотела и в то же время понимала, что не смогу перебороть смущение. Но эта завораживающая картинка собственной смелости уже впечаталась мне в мозг намертво. И что удивительно, когда Миша повторил со своей футболкой те же действия, внутри ничего не шевельнулось, хотя по телосложению и объемам мышц он превосходил Назара.

Помотав головой, будто отгоняла морок, я посмотрела на приближающихся к машине парней, перегнулась через спинку сиденья, чтобы разблокировать двери, и растаяла, увидев широкую улыбку.

— Молодец, – негромко произнес Назар, оглядев нас с Манькой. – Сильно промокли?

— Нет, – дернула я головой, но увидев потемневшую под кроссовками кожу сиденья поспешила опустить их на пол. – Только ноги.

— А Маня?

— Тоже нет, – ответила, осмотрев подругу и спихнув ее ноги вниз. – Миша, извини, мы тут…

— Забейте, – отмахнулся он, убирая что-то под сиденье. – Высохнет, – откинул голову на подголовник и рассмеялся. – Малая, вот ты орать!

— Я испугалась, – еле шевеля губами прошептала Манька.

— Да мы уже поняли, что испугалась, – улыбнулся Назар и предвосхищая мой вопрос, что все таки произошло, сказал. – Значит так. Сейчас ждём аварийку. Они перекроют отопление, дальше пусть управляйка решает, что делать. Нас этот геморрой не волнует. Отглушать, менять или варить – пусть думают сами. Как и то откуда найдут деньги на все остальное, – кивнул с ухмылкой. – Маня, квартиру ведь тебе Филипп Гроссов снимает?

— Да, – пискнула она.

— Я ему позвоню, объясню ситуацию. На счёт ремонта не переживайте – это головная боль управляйки. С соседями снизу тоже утрясем. Короче, вопрос закрыт, соответственно переходим к нашим дальнейшим действиям, – Назар похлопал себя по карманам, вытащил из одного баночку с монпансье, из другого расползшиеся остатки от пачки сигарет и негромко выругался себе под нос. – Черт.

— В бардачке есть, Босс, – подсказал Миша и выложил на торпедо зажигалку, предварительно проверив ее.

— Шикарно, – Назар полностью открыл окно, жадно затянулся и, выпустив дым через нос, посмотрел на нас с Манькой, а потом выпрыгнул из машины, чвакнув кроссовками. – Итак. Наши действия. Ждём аварийку, потом смотрим, что можно взять из вещей. Дальше едем ко мне. Вопрос не обсуждается и решен. Пока просушат квартиру, живёте у меня. Там будем плясать от того, какой вердикт вынесут оценщики и как на это отреагируют в управляйке. Если начнется волокита, подключим юристов, но я ещё раз говорю – это не ваша головная боль. Вопросы?

Манька тут же замотала головой, а я почему-то подумала о том, как объясню маме с папой, что какое-то время буду жить у Назара, но ляпнула совсем другое, в разы более волнующее: