Книга Рискованный маскарад, или Все его маски, страница 113 – Соня Лемармот, Диана Крымская

Это было очень странно, но ее присутствие в его комнате, их уже привычная перепалка показались ему чем-то совершенно естественным и даже нормальным.

— Вас ведь по затылку ударили? Могу ли я взглянуть? — спросила она, пытаясь обойти его.

— Я не пускаю за спину тех, кому не доверяю, — напыщенно ответил Генри, поворачиваясь к ней лицом.

Видимо, она убедилась, что он неплохо выглядит, потому что тревога покинула ее взгляд, и в больших глазах ее зажглись веселые искорки.

— Это похвально, — вполне серьезно поддержала Лайса Гвен. — Но меня бояться не стоит, я ведь не мужчина.

Генри невольно усмехнулся.

— Я ведь поворачивалась к вам спиной, теперь ваша очередь, виконт, — промурлыкала она. — Впрочем, я видела вас и со спины… Ведь именно так началось наше тесное знакомство.

Виконт видел, что она говорит несерьезно, дразнит, — о том свидетельствовали веселые искорки в ее глазах и шаловливая улыбочка на нежных губках.

Но ее слова разбудили в памяти образы, о которых она говорила, и воздух в комнате вдруг стал тягучим, влажным, горячим.

Кажется, она тоже это почувствовала, улыбка сползла с ее лица, губы приоткрылись, а голова чуть запрокинулась, будто она предлагала себя поцеловать.

Напряжение в комнате нарастало. Они молча смотрели друг на друга, не отводя глаз.

…И он просто отбросил все предрассудки, легко наплевал на те правила, которым столь долго следовал. Просто потому, что так захотел. Безумно и безудержно, до помутнения сознания, до боли в паху. Он жадно потянул носом воздух, шагнул к Гвен, и увидел смятение на ее лице. Не ожидала?

Она вдруг отступила. Неужели он столь грозно выглядит? Он видел, что она взволнованна сверх меры, глаза расширились, губы чуть дрожат. Но Генри не собирался останавливаться, он приближался к ней, а она пятилась, пока не уселась на поднырнувшую под колени кровать. Лайс оперся коленом о мягкий матрас, нависая над ней. Заставил откинуться назад и потянулся губами к шее. Гвен вдруг громко застонала, а он, — да, такого он не ожидал от себя! — он зарычал. Никогда раньше Генри Лайс не рычал на своих партнерш. Он сжал ладонями ее хрупкие плечи и зарылся лицом в выпирающую из корсета грудь, жадно целуя и полизывая. Гвен выгнулась, с губ ее снова слетел стон. А он мял ее руками, и покрывал поцелуями грудь и шею.

Положение его было не слишком удобным, и Генри затащил безвольную баронессу на кровать. Как же приятно было видеть ее такой! Немного растерянной, покорной, трепещущей под ним от желания, а не язвящей и изрыгающей очередную колкость.

Генри задрал на ней юбки и навалился сверху. Она раздвинула ноги и обхватила его бедра. Он поцеловал ее в губы, и она охотно ответила на поцелуй. Запустила пальцы в его волосы, гладила плечи, прижимала к себе.

Как же он мечтал об этом! О ее теле, их близости! Он так сильно ее хотел, что даже в глазах темнело.

Довольно быстро Лайс избавил ее от панталон, и Гвен не дала ему дальше тянуть. Она, так же, как и он, жаждала действий.

Вторжение его достоинства было весьма приветливо встречено сладостным стоном. А потом начались бешеные скачки. Генри двигался в ней, Гвен стремилась ему навстречу безумными яростными рывками. Ногти ее царапали его по спине, и Генри порадовался, что та защищена камзолом и сорочкой.