Онлайн книга «Материя. Том 1»
|
Сэнди, нахмурившись, налила ему в стакан воды и щедро разбавила сельтерскую со «Старым монахом» из пузатой бутыли, которую извлекла из-под стола. Пойло было варварским, совсем не похожим на те коктейли, что мастерски готовил доктор Фарлоу, но Лэйд проглотил содержимое стакана одним глотком. — Вот как? Старые раны? И что за раны болят у вас, мистер Лайвстоун? Наверняка в этот раз ей было чертовски тяжело сдержать улыбку. Проще представить себе петуха, исполняющего итальянскую арию, или шотландца-мецената, чем старого толстого Чабба, рассудительного владельца бакалейной лавки, участником хоть какой бы то ни было завалящей войны. Она не знала о той войне, которую он уже двадцать пять лет вел со всем островом – со всем миром. — Не знаю, но, судя по самочувствию, я получил их где-то между Битвой при Кресси[59] и Барселонской осадой[60]. — Вам еще нет шестидесяти, мистер Лайвстоун. Вы не старик. Немного отдышавшись, он назидательно погрозил ей пальцем. — Господи, Сэнди, ты столько времени работаешь на Лайвстоуна и Торпа, а до сих пор не поняла главного правила торговли. Если хочешь сбыть греческие оливки – уменьшай их возраст. Если хочешь сбыть мужчину – увеличивай! — Я внесу это в наш прейскурант, – серьезно кивнула она, заправив спелый пшеничный локон за ухо. – Думаю, если не задирать цену выше двух шиллингов, мы сбудем вас еще до начала ноября. — Тебе лучше бы думать о том, как сбыть тот бочонок скипидара, который я неосторожно купил и который до сих пор торчит тут. Он испорчен, и от него разит как от старого китобоя! «Кажется, я привык к ней, – подумал Лэйд, отставив пустой стакан. – Не так, как привыкают к вещам, не так, как я привык к хитрому Дигги. Мисс Прайс молода, красива, обладает бесчисленным множеством достоинств, среди которых чувство юмора – лишь самое малое. Она находит удовольствие в том, чтобы днями напролет сидеть в пропахшей керосином каморке, украдкой читая книжку, и, кажется, не видит ничего ужасного в обществе старого брюзги мистера Лайвстоуна. А еще у нее превосходная память, но я искренне благодарен Новому Бангору за то, что он не сохранил в ней воспоминаний, где и когда мы с ней познакомились – и при каких обстоятельствах». — Мне пора, мистер Лайвстоун. – Сэнди улыбнулась ему, поправив жакет. – Гроссбухи в порядке, если не считать тех каверзных восьми центов, что скрылись от нас во время ревизии, корреспонденция поставщикам отправлена. Я могу быть свободна? Вероятно, она не вкладывала в эту фразу никакого особенного смысла, но Лэйд, услышав ее, стиснул зубы. «Я могу быть свободна»? «Нет, – подумал он, – к несчастью, не можешь. Это то единственное, чего я не могу тебе дать, Сэнди». — Разумеется, мисс Прайс. Доброй ночи. — Доброй ночи, мистер Лайвстоун. Я заварила чай с молоком: ночь будет сырой, вам пригодится… «Я должен сделать это, – подумал Лэйд. – Не ради себя: я с самого начала знал, что мне не суждено живому покинуть Новый Бангор. Ради нее. Пусть даже это причинит ей чудовищную боль. Мне придется рискнуть. Иначе я не сумею разглядеть того, кто придет в сумерках». — Мисс Прайс! Она еще не успела выйти, только положила руку в тонкой перчатке на ручку двери. — Что? Ах да, чайник в вашем кабинете, я же забыла вам… — Есть кое-что, что мне нужно вам рассказать. Прямо сейчас, если вы не против. |