Книга Материя. Том 1, страница 183 – Константин Соловьев

Блондло дернул головой.

— Я вижу отпечаток его ауры в кипящем эфире, – сообщил он безжизненным тоном. – Он не мертв, просто перешел в… иную форму существования.

— Весьма беспомощную, надо сказать, – грохочущий голос чудища не умел звучать мягко, – хоть и затейливо устроенную. Бедный, бедный мистер Ледбитер. Он самодовольно полагал, будто оккультные науки – его личное оружие, которое подчинено ему одному. Полагаю, он покидал этот мир с ощущением смертельного разочарования. Не беспокойтесь, все было честно. Я выдержал его удар – и нанес собственный, по тем же правилам. Его сущность была… скажем так, деконструирована в привычной вам форме.

Лэйд не знал, что это может означать, не знал и того, успел ли Ледбитер испытать перед окончанием существования боль или отчаяние, но он и не хотел этого знать.

Тварь оказалась не просто серьезным противником, но и ко многому подготовленным. Не просто грубая оболочка со смертоносными лапами, не просто стальной хищник с начинкой из разложившейся плоти, вынырнувший из непроглядных океанских глубин. В этот раз Левиафан создал нечто примечательное. Мало того что смертельно опасное, но и дьявольски хитрое, загодя подготовленное к противостоянию с Бангорским Тигром. «Может, не просто тварь, – подумал Лэйд, ощущая грызущий душу зуд с тысячью мелких острых зубов, – может, персонального охотника, идущего по тигриному следу…»

— Неплохо, – сдержанно заметил он, стараясь не глядеть в сторону зубов – некоторые, как ему показалось, еще шевелились. – Кажется, я видел нечто похожее на ярмарке в Скарборо.

Бредбедл повернулся к нему всем корпусом.

— А как насчет вас, мистер Лайвстоун? Хотите испытать свою удачу?

Лэйд ощутил, как его собственные зубы начинают ныть. Потребовались все душевные силы, чтобы сохранить небрежную позу и не перемениться в лице.

— Нет, не думаю. Может, позже.

— Тогда…

— Двести тысяч.

Мистер Герни встал, пошатываясь. Бледный от волнения, он выглядел так, словно его тело под покровом хорошей ткани было отлито из дрожащей упругой гуттаперчи. Его прозвали Молуккским Орлом, вспомнил Лэйд, ощущая подспудное желание отвести взгляд. Но сейчас он меньше всего походил на орла. Возможно, на креветку или еще какое-нибудь морское создание, хрупкое, с мягкими дрожащими потрохами…

Бредбедл качнул тяжелой головой в его сторону.

— Прошу прощения?

— Двести тысяч, – звенящим от напряжения голосом произнес мистер Герни, – прямо сейчас. И еще пятьсот через месяц: мне нужно обналичить несколько векселей и вывести средства из пары фондов. Итого – семьсот тысяч фунтов.

Бредбедл рассмеялся. Звук был жуткий – скрежещущий, тяжелый. Будто кто-то разделывал ржавый корпус корабля огромной гудящей пилой.

— Я все правильно понял? Вы предлагаете мне деньги, мистер Герни?

Банкир съежился, но его дрожащая голова сумела мотнуться на рыхлом гуттаперчевом теле, изображая кивок.

— Да. Семьсот тысяч в полновесных британских фунтах. В золотой монете, если угодно.

— Ого! Отчего вы думаете, что это предложение может меня заинтересовать?

— Потому что я раскусил вас, мистер Бредбедл. Вы изображаете из себя бездушного громилу, но вы не дурак. О нет, вы отнюдь не дурак. Вы дальновидны и умны, а кроме того…

— Заткнитесь, Герни! – сквозь зубы процедил Лэйд. – Неужели вы не понимаете, к чему это ведет…