Онлайн книга «Материя. Том 1»
|
А потом то, что скрывалось за кофром, вышло из спасительной тени. Неспешно, уже не пытаясь скрываться. В этом уже не было нужды. И Лэйд вдруг ощутил, как съеживаются сосуды, питающие кровью его тело. «К Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой. Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня. Все воды Твои и волны Твои проходили надо мною…» Пищевод Лэйда мгновенно смерзся, превратившись в острую иззубренную сосульку. Легкие затрепетали, точно лоскуты порванного кузнечного меха. В желудке вскипела едкая ртуть. Существо, стоящее у подножья лестницы, не было мистером Гаррисоном. * * * Оно было человекообразным, ростом с большого ребенка, около трех с половиной футов[80]. Но оно не было человеком. Лэйд понял это еще до того, как успел разглядеть какие-то детали. Его манера двигаться не была человеческой. Неестественно плавная, но в то же время порывистая. Словно его плоть перетекала между отдельными резкими фазами. И плоть эта была студенисто-белой, полупрозрачной, какой-то вязкой, будто не могла затвердеть на костях. «Воск», – вдруг сказал кто-то бесплотный, кто не находился в подвале. Ты идиот, Лэйд Лайвстоун. Смазанные воском замки. Мягкие жирные крошки, припорошившие тело мертвого садовника. Голова казалась несоразмерно большой, с трудом удерживающейся на тощем теле с пропорциями ребенка и грацией паука. Ее покрывали волосы, жидкие и почти бесцветные, как клочья паутины. Но эти волосы казались приклеенными к голове, а не растущими из нее, потому неестественно висели в воздухе, почти не скрывая лица. Его лицо… Нет, поправился Лэйд, ощущая, как собственное тело превращается в сухой мертвый корень. Ее лицо. Это была девочка. Должна была быть девочкой, потому что черты лица были миловидны и мягки. Изящно очерченный нос, тонкий, едва выступающий подбородок, аккуратные уши… Ее можно было бы принять за девочку – если бы не влажная полупрозрачная плоть. Выполненная в натуральную величину погребальная кукла Аролины Гаррисон, украденная брауни у горюющей вдовы. Глаза были пугающе человеческими, но какими-то тусклыми, мертвыми. Они взирали на Лэйда, ровным счетом ничего не выражая – просто отполированные стеклянные сферы с неестественно яркими зелеными радужками. Это и было стекло. Фальшивые, кукольные, но мгновенно узнаваемые – точно такие Лэйд видел в аптеке у Фарлоу. Глазные протезы. И зубы. Вот что ужаснуло его безотчетно, едва лишь это существо выбралось из своего убежища. Его отвратительные зубы. Не маленькие и белые, как у ребенка. Пожелтевшие, пугающе ровные, издающие едва слышное клацанье при ходьбе. Лэйд узнал и их, хоть никогда прежде не видел. Вставная челюсть покойной миссис Гаррисон, которую стащили у хозяйки брауни. Старая, много лет ношенная, но все еще крепкая. Лэйду приходилось слышать, что для зубных протезов врачи даже полвека спустя нередко использовали зубы погибших при Ватерлоо солдат, очень уж много осталось тогда невостребованного материала… Клац-клац-клац. Это щелкали зубами мертвецы, глядя на Лэйда мертвыми глазами ребенка. Ребенок… Лэйд ощутил под пиджаком едкую кислотную испарину. Это существо не было ребенком, всего лишь тщательной его копией в натуральную величину. |