Книга Пробуждение асуры. Книга 1, страница 51 – Эйдзи Нацубара

На нисики-э Рури в многоцветном наряде и на высоких гэта в одиночестве прогуливалась по Наканомати. Ее юбка надулась, будто от ветра, и девушка со сдержанной улыбкой пронзительно глядела на зрителя.

— Ах, какая красавица! Он прекрасно передал нрав нашей ойран, – восхитилась О-Рэн, принявшая форму тануки.

Она с сияющими глазами склонилась над листком и возбужденно замахала коричневым хвостиком.

— Разве? По-моему, ни капли не похожа. Рури у нас, как бы это сказать… злее, что ли? – проклацал Гася, от которого остался один череп.

Не успел он договорить, как хозяйка покоев схватила его за затылок и что было силы швырнула в сторону тройного футона, где он и утоп.

— Уа-а-а, за что?!

Выместив злость и ощутив облегчение, ойран довольно отряхнула ладони.

— Нисики-э не за сходство любят! Хотя наряд отдаленно напоминает тот, который я когда-то надевала.

— Хи-хи! Рури, ты, кажется, немного оклемалась, – довольно улыбнулась Цуюха.

С самой охоты в Сэндзю девушка ходила рассеянной, и ведьма за нее волновалась.

Духи внимательно уставились на ойран. Хотя они частенько заявлялись к ней в гости без приглашения, в этот миг каждый из них выразил участие как мог.

Рури фыркнула и с недовольным видом уселась.

— Я просто слегка утомилась: пришлось обратиться к Нараку.

По условиям контракта марионетка и впрямь ей подчинялась, но прикосновение к такому страшному проклятию пожирало много как телесных, так и духовных сил. К тому же после боя на лице истребительницы осталась рана, и Рури пришлось отдыхать целых пять дней, прежде чем вернуться к работе.

— Что волшебный меч, что живая демоница – сплошные ужасы, куда ни плюнь, – заметил Гася и на манер мяча прискакал обратно в гостиную.

Рури пожала плечами:

— Не хочу слышать про ужасы от ожившего скелета.

Он расхохотался и без зазрения совести приземлился к ойран на колени.

— На этот раз тебе пришлось иметь дело с пустой оболочкой проститутки из негласного квартала развлечений – само по себе, наверное, тяжелое зрелище, да еще и Нараку… – осторожно заметила Цуюха.

— Говорят, куртизанки после смерти становятся бабочками. Эта, видимо, не стала… – вздохнул Тёсукэ, зато у О-Рэн загорелись глаза.

— Правда?! Наша-то ойран точно, когда умрет, обернется прекрасной бабочкой.

— Давайте не будем про мою смерть, – проворчала Рури, и О-Рэн обескураженно умолкла.

— Ха-ха-ха! Да тебя даже смерть не проймет! Ты наверняка превратишься в нечисть и станешь одной из нас! – загоготал Гася и тут же получил кулаком по макушке.

— Ой, как было бы чудесно! Но ведь эти покои тогда передадут другой. И где же нам собираться? – невпопад заахала О-Рэн.

Рури только безнадежно махнула рукой, удержавшись от едкого комментария.

— Сказки о бабочках не более чем предания, иначе в Ёсиваре не было бы от них проходу, – произнес зевающий Эн, присоединяясь к остальным.

Видно, прежде он прилег вздремнуть в подсобке. Возле Тёсукэ кошка остановилась и устроилась перед нисики-э, поджав под себя лапки.

— Ойран, разрешите войти! – раздался голос из коридора.

На пороге появился Эйдзиро. Увидев сборище нечисти, он округлил глаза и улыбнулся.

— Надо же, вы опять тут! Вот уж действительно, ойран – всеобщая любимица! – воскликнул он и передал ей связку писем. – Возьмите, поручили вам отнести. Снова придется корпеть над ответами!