Книга Септет расстроенных душ, страница 82 – Кэсси Крауз

Мне легко и хорошо, я точно знаю, Бель не смутит моя маленькая квартирка в удаленном от центра Стратфорде, которую я снимаю рядом со спортивным комплексом. Мы поднимемся на крышу дома и взглянем на жизнь ночного города. Я возьму телескоп, и мы найдем куда в него посмотреть: на олимпийские постройки, соседские окна или ночное небо. Я бы посмотрел на небо. Луна сегодня, как большая сырная тарелка.

Но мы не поднимаемся на крышу. Едва я включаю свет в прихожей, как Бель хлопает ладошкой по выключателю и запускает ее мне под футболку. Холодные прикосновения играют на контрасте с горячей кожей, ее аромат, сложный и сладкий, как в цветочном магазине за углом, затуманивает мне рассудок.

— Я хотел… хотел показать тебе созвездия, я в них хорошо разбираюсь! – бормочу я в перерывах между поцелуями и покусыванием нежной кожи у основания шеи Бель. – Мы можем увидеть созвездие Небесного Дракона, а через пару часов стоит попытаться найти созвездие Геракла и…

— Лучше покажи мне своего Геракла, малыш… – перебивает меня нежный голосок, который сопровождается звуком поехавшей молнии у меня на джинсах. Этот аргумент прокатывается жаждой голого тела по всем моим мышцам и нервным окончаниям, и я решаю отложить поход на крышу до следующей ночи. Загорелое подтянутое тело Бель, корсет из ребер, которые проступают через кожу, когда она выгибается мне навстречу, маленькая грудь и длинные гибкие ноги сносят крышу, сбивая дыхание и превращая человека в зверя.

В остаток ночи мне снится лиса. Нет, не лиса, а ее уменьшенная копия с огромными ушами и злющими черными глазами, кажется, это фенек. Он стоит на задних лапках и кроет меня ругательствами, но желание потискать его уши от этого не слабеет. Я сгребаю зверька в охапку и толкаю себе в куртку. Он раздраженно ерзает и ворчит, но, спустя пару минут, сдается и успокаивается. А я просыпаюсь.

Бель еще спит у меня на плече, а ее волосы, светящиеся на утреннем солнце, рассыпались по подушке. Осторожно, чтобы не разбудить, я тянусь к телефонному справочнику на тумбочке и начинаю записывать свой сон под буквой «ф». Когда добираюсь до конца, острые зубки кусают меня за ухо, а сонный голосок выдыхает:

— Что ты пишешь?

— О… – воодушевленно улыбаюсь я, демонстрируя ей толстую книжку, – это мои сны. Я постоянно вижу во сне какую-то дичь. Вот и записываю ее сюда, чтобы в будущем использовать для сценария или комиксов.

— Оу, – вырывается у Бель, когда она принимает из моих рук телефонный справочник, – очень… – бормочет она, листая страницы, исписанные моим корявым почерком, – оригинальное занятие для спортсмена.

— Правда? – широко улыбаюсь я, приподнимаясь на локте. – Я очень рад, что ты не посчитала меня отбитым придурком. У меня нет кофемашины, но на первом этаже парни варят лучший американо.

— Я люблю латте.

— Принесу латте! И панини с курицей, м-м-м, ты язык проглотишь, как это вкусно!

— Послушай… Бруно. Как насчет того, чтобы перенести наш завтрак? Мне нужно переодеться перед работой, а от Стратфорда ехать почти час, я…

— Не вопрос, я вызову такси! Мы перекусим, и ты все успеешь! – Я прыгаю по квартире, поспешно влезая в джинсы и майку.

— Бруно! – вскрикивает Бель, но совсем не так возбужденно, как ночью. – Я спешу. Такси поймаю сама. Спасибо за эту ночь! – она прикрывает свои невероятные глаза и целует меня в краешек губы, легко поймав за затылок. Совсем не так, как ночью.