Книга Септет расстроенных душ, страница 133 – Кэсси Крауз

Я в жизни не слышал, чтобы Вэй разговаривал громче бурозубки, а сейчас от его воплей у меня буквально уши закладывает.

Спустя несколько минут безуспешных попыток преодолеть начавшуюся истерику, блондинка выдает:

— К воде. Дерек вел ее… к воде. Она хочет убить его, Вэйлон!

Он подобен красивому злодею из фильма. Ты должна ненавидеть его, но не можешь. Слишком уж хорош.

Когда от него пришло сообщение: «Бекс, детка, выйди. Я приехал», на мгновение пленка моей жизни отмоталась на три года назад. Будто Дерек снова ждал меня у дома на улице Эннисмор Гарденс, прислонившись к своему мотоциклу.

Сейчас же он сидит на парапете фонтана в центре площади и с упоением выдыхает сигаретный дым в подсвеченное рассветом небо. Как же неуместно он смотрится на фоне сельского пейзажа Джинбери в своем дорогом кашемировом пальто и оксфордах.

Янтарный взгляд с прищуром изучает мое нелепое одеяние: желтые резиновые сапоги и пожеванный молью свитер поверх пижамы. Выразительные пальцы отнимают ото рта сигарету, тонкие губы растягиваются в улыбке, не затрагивающей глаза, и низкий хриплый голос, от которого у меня по спине пробегают мурашки, произносит:

— Ну здравствуй, Бекс.

— Как ты узнал, что я здесь? – спрашиваю я, стараясь скрыть в голосе дрожь. Сталь пистолета, спрятанного за пояс, холодит мою спину.

— Через приложение отследил геопозицию Декса, – невозмутимо отвечает Дерек, не сводя с меня своих янтарных глаз. – Сначала я решил, это шутка. Как оказалось, нет. – Дерек выпускает дым мне в лицо, но я не ловлю его своими губами, как прежде. – Прогуляемся?

Мой неуверенный кивок он воспринимает, как жаркое «да», и тут же крепко обхватывает за талию. У меня чуть сердце из груди не выпрыгивает: Дерек едва не задевает рукой пистолет. К счастью, я слишком маленькая, и ему неудобно в таком положении. Рука поднимается и сжимает мое плечо. Вздох облегчения Дерек, очевидно, записывает на свой счет и истолковывает неверно, потому что бросает на меня свой фирменный взгляд с поволокой, который больше ни единой струнки во мне не затрагивает.

— Миленькая деревушка. Зачем ты сбежала сюда из Лондона? – рядом с ухом звучит его обжигающий голос. Я молчу. Потому что не хочу, чтобы он знал: это было из-за него. Слишком много чести.

Навстречу нам со стороны Ла-Манша бредет Дороти с ведром рыбы и свернутым парусом: отец вернулся с ночной рыбалки. На лохматых белокурых волосах – смешная беретка, поверх пижамы – комбинезон Росса. Сразу видно, ее подняли, не разбудив.

Заметив меня в объятиях незнакомого ей парня, Дороти останавливается. Сначала ее щекастое лицо принимает на себя привычную озлобленную гримасу, но уже спустя мгновение искажается неподдельным ужасом.

— Дороти… – шепчу я, стараясь предостеречь ее взглядом.

— Рановато для прогулок, не находишь? – картавит она, прощупывая почву.

— Самое время для меня, – улыбаюсь я, стараясь, чтобы губы не дрожали. Когда Дороти пройдет мимо, я знаю, что она обернется. И я провожу рукой по своей спине, чтобы она увидела очертания пистолета. Не нужно мне мешать. Ведь они привели меня в Джинбери за этим, так?

— Что эта девчонка имела в виду? – спрашивает Дерек, когда мы выходим к Ла-Маншу. Соленое полусонное дыхание пролива ласкает слух и пробегает дрожью по обнаженной коже. Его воды окутаны сталью и белой пеной, и даже тусклое восходящее солнце, окутанное облаками, не способно согреть.