Книга Септет расстроенных душ, страница 111 – Кэсси Крауз

— Это все ты, Вэй.

Когда мы оказываемся на высоте четырехсот сорока футов над уровнем Лондона, когда небо кажется ближе, чем земля, а восторженный смех Софи колокольчиками рассыпается по полу кабинки, Вэйлон мягко, но уверенно разворачивает меня к себе лицом и накрывает губами мои.

Я тянусь к его лицу, а он так крепко прижимает меня к себе, что между нашими телами не остается ни дюйма, не считая слоев одежды.

— Вэй, пожалуйста, поехали с нами в Джинбери, – в какой-то момент шепчу я ему в губы. У меня сбилось дыхание, и я прижимаюсь лбом к высокому лбу Вэйлона, чтобы перевести дух. – Я хочу завершить тот ночной разговор о полотенце. Я безумно-безумно хочу. – От этого признания у меня лицо заливается краской, и я не отваживаюсь посмотреть на него.

— Бекки, открой глаза…

Помедлив, слушаюсь, а он вместо ответа смеряет меня таким жадным и голодным взглядом, что я ощущаю, как он проникает мне под самые ребра. В жизни не думала, что Вэй умеет так смотреть.

Вежливое сморкание Рэндала сообщает нам о скором спуске. У меня пылают щеки, у Вэйлона блестят глаза, которые теперь кажутся мне черными, как деготь.

— Кажется, у кого-то намечаются планы на ночь, – горланит Рэн. Леший даже не скрывает, как рад за своего друга. Я густо краснею, а Софи мило хихикает, закрывая ладошкой рот.

Следующая наша остановка – обед в «Жардин» у Алфредо. Район Сохо производит на Софи неизгладимое впечатление. Яркие вывески, разноцветные фасады и двери, гирлянды, растянутые через улицу, хитроумные витрины пабов, ресторанов и магазинов, довольные туристы, выбирающие, где выпить дневную пинту пива – все это фонтаном эмоций выплескивается на милую Софи, заставляя ее широко улыбаться и неустанно вертеть головой.

— Oh Dios mio^[22]! – вскрикивает Алфредо, бросаясь к нам от барной стойки, едва мы переступаем порог «Жардин». Последний раз я была здесь, когда Дерек сообщил о беременности Мэри. След от разбитого в тот день бокала отозвался бы в ладони болью, если бы моя рука не была вложена в руку Вэя.

— Бекки, детка! – не унимается Алфредо. – Поздравляю! Вы идеальная пара! Perfectamente^[23]! А кто эта очаровательная леди? – переключается он на Софи, с интересом изучающую внутреннюю обстановку ресторана. – Ты похожа на юную Джессику Честейн! Хоть она и американка, но красива, как настоящая испанка!

— Ух ты… – очаровательно улыбается Софи в ответ на комплимент. – Спасибо! Мне она очень нравится. Приятно думать, что я всегда буду похожа на юную Джессику. Ведь я никогда не состарюсь.

И снова. Она так просто и беспечно это говорит, а после начинает заинтересовано разглядывать фотографии меню на стенах «Жардин».

— Красота! Бекки, я точно знаю, это твоих рук дело! Можно мне вот это? – тоненькая ручка в непомерно большом разноцветном рукаве указывает на бумажный рожок с рыбой и картофельными чипсами. – Я это не переварю, но посмотреть очень хочется!

Алфредо беспомощно переводит взгляд с меня на Рэндала, пытаясь получить ответ на вопрос без ответа. А спустя четверть часа ставит перед Софи заказанное блюдо и тарелку куриного бульона.

— За счет заведения, mis amigos^[24]! – тихонько говорит он и уходит. А с грустью смотрю ему в спину. Алфредо всегда близко к сердцу принимал чужие беды, но я так надеялась, что он со своей бурлящей южной кровью оставит приятный след в памяти Софи.